Иоанн начинает свое Евангелие знаменитыми словами: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин.1:1-5). В данном отрывке «Слово» означает Божьего Сына, вторую личность Троицы, которая будет именоваться Иисусом Христом после своего воплощения. В подтверждение тому, что «Слово» Иоанна и впрямь есть Сын, мы можем обратиться к Евр.1:1-2, где автор говорит следующее: «Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, через Которого и веки сотворил». Обратите внимание на схожесть этого отрывка с началом Евангелия от Иоанна: в обоих говорится о посреднике, через которого Бог создал Вселенную. Автор Послания к Евреям называет его «Сыном», в то время как Иоанн – «Словом». Несомненно, в обоих случаях подразумевается одна и та же личность.

Почему Иоанн называет его здесь «Словом»? Вероятно потому, что слово – это способ коммуникации, неотъемлемая часть речи. С помощью слов люди выражают свои мысли. Используемый здесь термин «слово» (logos) можно также перевести как «мышление», «повествование», «речь» или «объяснение». Используя слово logos, Иоанн дает нам понять, что Бог общается с человечеством через второе лицо Троицы, Сына, который стал главным средством коммуникации человечества с Богом, самым последним и наилучшим способом передачи Божьей воли. Автор Послания к Евреям выражает ту же мысль, говоря о том, что ранее Бог обращался к нам через пророков, а ныне – через своего Сына. Кроме того, Иоанну было известно, что слово logos будет понятным для его читателей, грекоговорящих людей из разных мест античного мира, поскольку для греков это слово обозначало божественное существо, через которое Бог общается с этим миром.

Следует обратить внимание на то, что, согласно Иоанну, это Слово, Божий Сын, существовало с самого начала с Богом. В первом стихе Библии говорится: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1, 1). Таким образом, Иоанн дает нам понять, что прежде, чем Бог создал небо и землю, это Слово уже присутствовало вместе с Богом. Следовательно, это Слово было с Богом от самой вечности. Этими словами Иоанн закладывает основу для того, что будет сказано Иисусом позже: что мы разделим его славу с Отцом, которую он имел до появления этого мира. Впрочем, заметьте, что Иоанн не только подчеркивает сосуществование Слова с Богом, но и говорит, что оно само было Богом. В данном случае речь идет о тождественности Слова с Богом (поскольку и о первом, и о последнем можно говорить как о Боге), а также о том, что это две личности, раз Слово способно быть вместе с Богом. Кроме этого, Иоанн дает понять, что все существующее (т. е. все преходящие тварные вещи) было создано при посредстве Слова. В Бытие говорится о том, что Бог создал все существующее. (В еврейском представлении, выражение «небо и земля» обозначало «все существующее».) Здесь же Иоанн говорит о том, что Бог создал все существующее посредством Слова. Таким образом, в нескольких коротких строках Иоанн дает нам возможность постичь фундаментальные истины о взаимоотношениях между Сыном и Отцом. Они различаются между собой как личности и вместе с тем они едины как Бог. Они пребывают в любви между собой, в то время как через Сына (Слово) Отец (Бог) совершает свои дела. Позднее в Евангелии от Иоанна Иисус больше расскажет об этих взаимоотношениях.

Далее Иоанн начинает говорить о Слове как о личности, которая вошла в мир. Он бегло описывает роль еще одного Иоанна (именуемого в евангелиях как Иоанн Креститель) как свидетеля Слова, а затем продолжает:

В мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал. Пришел к своим, и свои Его не приняли. А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились (Ин.1:10-13).

Судя по первой части этого отрывка, Слово пришло в первую очередь к евреям, которым оно доводилось «своим». Большинство из них не приняли его, однако Иоанн обращает внимание на уверовавших в него: будь то из евреев или из язычников. Иоанн пишет, что он «дал [им] власть быть чадами Божиими», которые, по его словам, «от Бога родились». Вспомним, что Слово – это Божий Сын, тогда как всякий, кто верует в Сына, становится сыном и дочерью Бога (не по природе, но духовным сыном или дочерью), рождаясь от Бога духовно. Каким образом вера в Слово делает человека Божьим чадом, позволяя ему родиться от Бога? Эти удивительные слова объясняются в следующем стихе: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца» (Ин.1:14). Рассмотрим глубже три важных мысли, которые Иоанн выделяет в этом стихе.

Во-первых, Иоанн пишет о том, что «Слово стало плотию» и обитало среди нас. Под словом «плоть» Иоанн подразумевает не только то, что Слово приняло на себя тело или видимую оболочку; оно стало человеком, не перестав при этом оставаться Богом. В Библии слово «плоть» часто используется для обозначения человеческих существ,[78]он не был неким привидением, а на самом деле стал человеком, и в физическом и в духовном смысле этого слова. Позже Иоанн будет писать, что мы видели, слышали и даже осязали руками «Слово жизни» (1 Ин.1:1-2). Будучи Сыном Божьим, Слово снизошло с небес, став каким-то образом таким же, как мы, и прожив жизнь среди людей.

Вторая важная мысль в этом стихе: мы видели воплощенное Слово, «видели славу Его, славу, как Единородного от Отца». Греческий термин, переведенный как «единородный» (monogenкs) подчеркивает уникальность Сына Божьего. У Бога есть лишь один- единственный истинный Сын – Слово, вторая личность Троицы. Даже в тех случаях, когда христиане именуются чадами Божьими (как в предыдущем стихе), или сыновьями Бога (например, в Рим.8:14-17) — что подразумевает и дочерей Бога, — мы не становимся детьми Бога в том же смысле, в котором Слово было Божьим Сыном. Он равен с Богом, он – вечный и постоянный Сын своего Отца. Будучи сотворенными существами, мы ниже его по природе, мы Божьи слуги, усыновленные в семью Бога. Именно этот смысл имеет место в тех случаях, когда Иоанн пишет, что мы рождены от Бога, и когда Павел использует слово усыновление в восьмой главе Послания к Римлянам и в других местах. Таким образом, когда Слово стало человеком, люди смогли увидеть уникальность единородного истинного Сына Божьего. Также заметьте, что Иоанн использует здесь термин слава. Мы видим не просто Божьего Сына – мы созерцаем славу уникального Сына. Вспомним, что слава означает присутствие. Когда мы видим воплощенное Слово, мы постигаем то, что раскрывает его уникальные взаимоотношения с Богом Отцом. Иоанн говорит о том, о чем Иисус позже скажет подробнее, а именно, что любящее общение между Сыном и Отцом приобретает для нас четкие очертания, когда мы созерцаем ставшее плотью Слово, которое через взаимоотношения с Отцом делает нас приемными чадами Бога.

Третья мысль, которую подчеркивает Иоанн в этом стихе: воплощенное Слово – «полное благодати и истины». Использованные Иоанном греческие слова chartsи alлteia отражают два еврейских термина hesed и йmet, которые довольно часто употребляются в Ветхом Завете, особенно в Псалмах, где часто встречаются в паре.[79]Первый из них (hesed), переведенный здесь как «благодать», обычно означает в Ветхом Завете «милость», «щедрость» и «неизменную любовь». Это слово говорит о глубине Божьей любви к нам, а также о ее постоянстве. Второе слово, переведенное здесь как «истина» (’лmet), часто передается в Ветхом Завете с помощью слова «верность». В этих двух словах заключена идея постоянной, последовательной, верной и личностной любви Бога к своим людям. Иоанн говорит, что в воплощенном Слове можно узреть самое полное проявление Божьей любви. Эта любовь направлена по отношению к своему Отцу и по отношению к нам, его народу.