Мы шли на шмон, а впереди старушка

мешок с имуществом несла.

Шмональщик вытряхнул оттуда

Два старых черных сапога,

Еще какие-то лоскутья.

Затрепыхавшись на ветру,

Как лагерные старые знамена,

Они упали на траву.

Он бросил ей мешок пустой,

Когда закончил «кутерьму»,

И бабушка обратно положила

Всю эту выцветшую ерунду.

А я ее спросила:

«За что попали вы в тюрьму?

Вы Родине, что ль, изменили

Иль дали сведенья врагу?»

А бабушка была шутницей

И шуткой лагерной ответ дала:

«Я, мол, за Троцкого, за Рыкова

Да за царя Петра Великого!»

И так, смеясь беззубым ртом,

Она из года в год

Несет свое имущество

Сквозь бурю исторических невзгод.