Прекрасной незнакомке, любезно снабдившей меня пачкой махорки Сонет-мадригал
Заброшен я в тринадцатую роту,
Где стены прошлым отягощены,
Где звук псалмов сменила брань шпаны,
Махорка — ладан, сумрак — позолоту.
Как древле жрец, которому видны
В мечтаньях небожителей высоты,
Пел гимн и смолы сожигал без счету
Во мгле святилищ, полных тишины, —
Так я, вам благодарный заключенный,
Под сводами собора заточенный,
Во храме обветшалом и глухом,
Спешу гиперборейской Афродиты
Восславить лик, увы, от взора скрытый —
Махорки воскуреньем и стихом.
