Твой статный муж охранником и хватом

Был для других. Но преклонялся ниц

Он пред твоим воинственным ухватом,

Пред гневом глаз, пред манием ресниц.

Ты счет вела его карманным тратам,

Ежовых не снимая рукавиц,

И, в ужасе пред окриком крылатым,

Детишки жались стайкой робких птиц.

Но в час, когда очаг твой разметала

Двух революций пенная волна,

Ты на допросах — стойкая жена —

О прошлом мужа говорить не стала.

И, теша здесь характер непреклонный,

Ведешь ты женщин узкие колонны.