1945. Д[екабря] 15.

Многоуважаемый Сергей Константинович!

1. Посылаю свои соображения относительно Нортамо198.

2. Неведомому мне «б[ывшему] сенатору» м[итрополиту] Виссариону все же полагаю нужным послать ответ199, хотя не знаю, примут ли русский текст, а также вообще на каком языке ему отвечать и где эта «Тирана»?

Если Вы в чем–либо можете мне помочь в этом деле, не откажите сообщить с возвращением его письма.

3. Посылаю только что полученную телеграмму из Праги200. Не знаю, время ли теперь принимать делегацию (в каком числе и составе) со всеми вытекающими из этого приема хлопотами? А если не сейчас, то когда принимая во внимание наши Рождеств[енские] праздники, а далее выборы и т. д.? Прошу Ваших указаний по этому делу.

4. Письма мои — Серафиму в Париж и о[тцу] Алексию Дехтереву в Александрию, которому и без того надо мне будет писать, я пришлю в ближайшее время. А в Иерусалим я не знаю кому и писать — у нас там сочувствующих много, но все маленькие люди, нет т[ак] сказ[ать] центрального лица.

Не послать ли патр[иарху] Тимофею с моим письмом?

Искр[енне] уважающий Вас П[атриарх] Алексий

Резолюция: Тов. Белышеву. В дело. Карпов.

Ф. Р–6991. Оп. 2. Д. 33. Л. 52–52 об. Автограф. Бланк патриарха.