Не позднее 7 февраля 1951 г.1223

I

Целесообразность учреждения в духовных академиях специальной кафедры истории православных церквей Ближнего Востока и Балканских стран диктуется как существом предмета, так и требованиями современности.

Изучаемая на кафедре дисциплина должна включать в себя: историю Византийской церкви с кратким очерком Антиохийского, Александрийского и Иерусалимского патриархатов и историю Болгарской, Сербской и Румынской православных церквей.

Не вдаваясь в глубокий анализ содержания предмета, отметим лишь ряд моментов, которые должны быть подчеркнуты при его изложении.

1. Первое, на что следует обратить внимание, это та благотворная роль, которую сыграла православная Россия в жизни единоверного Востока и единокровного славянства.

Восприняв от Византийской церкви в неповрежденной чистоте христианское учение и впитав в себя лучшие элементы византийской культуры, Древняя Русь становится с средины XV века центром и оплотом православия, а Москва провозглашается современниками Третьим Римом. Однако идея Третьего Рима воспринята была Православною русскою церковью и русским народом в наиболее идеальном понимании. Русская церковь никогда не искала первенства, а тем более господства над другими православными церквами. Она продолжала поддерживать с ними общение как с равными сестрами и помогала им в тяжелые моменты всеми доступными ей средствами. В то же время Великий Русский народ не раз выступал на защиту интересов своих единоверных зарубежных братьев, особенно балканских славян, и немало принес жертв в борьбе за их религиозную свободу и национальную независимость. Этим объясняется то живое тяготение, которое всегда питали народы единоверного Востока и славянства к мощной покровительнице православия — России.

2. Отмечая значение Византийской церкви в истории православия, необходимо вместе с тем вскрыть недостойные антиканонические притязания некоторых патриархов на восточный папизм. Константинопольский патриарший престол не раз занимали вожди еретичества, послушные слуги недостойных византийских самодержцев, проникнутые духом папизма или национального шовинизма церковные политики, принесшие великий вред делу православия, в особенности в славянских и арабских церквах. На этот путь вредных православию и своему народу неканонических действий стали и последние Константинопольские патриархи.

3. Наконец, особое внимание следует уделить проискам Ватикана на Востоке и в славянских странах. Агрессия папства против православных церквей началась очень рано. Через пропаганду, политические интриги, кровавые войны, подлоги, обманы, подкупы и другие темные средства Рим старался повсюду разложить православное единство и утвердить свое господство. Эти агрессивные действия папства не всегда были безуспепшы. Иногда Риму удавалось совратить на свою сторону под видом унии саму Константинопольскую патриархию. В борьбе с греческой церковью римские папы выработали сложную тактику агрессии против православных церквей вообще и при всяком удобном случае применяли ее против болгар, сербов, румын и России. Защита православия должна быть знакома со всеми приемами и методами агрессивной деятельности Ватикана.

Уже указанных моментов, частично определяющих направление работы кафедры, достаточно для того, чтобы признать, насколько важное место она должна занять в учебных планах наших духовных академий. Ее роль и значение еще более увеличатся, если мы вспомним о тех задачах, которые поставлены перед Русской православной церковью современной обстановкой.

Наше время ознаменовано укреплением связей Русской православной церкви с православным миром зарубежных стран, с древними церквами Востока и с церквами Болгарской, Сербской и Румынской. В 1948 г. Русская православная церковь при содействии советского правительства провела церковные торжества по случаю 500–летия ее автокефалии и приурочила к ним совещание глав и представителей автокефальных православных церквей. Это совещание, ставшее достоянием мирового общественного мнения, являлось, по существу, вселенским. Таких совещаний не было в истории Русской церкви еще никогда.

Установление тесного единения между Русской православной церковью и православными церквами Греческого Востока и Балканских стран служит верным залогом духовной крепости этих церквей против врагов православия, и в первую очередь против папизма. Сила православных церквей заключается в том, что они, верные вселенскому единству и началам соборности, всегда выступали как национальные, жили жизнью, нуждами и чаяниями своих народов, в то время как папство часто вступало в противоречие и борьбу с национальным чувством и национальными интересами народов. Поэтому братское единение православных церквей должно содействовать укреплению братства, мира и дружбы между народами.

В свете таких задач глубокое, вполне научное освещение истории православных церквей Ближнего Востока и Балканских стран приобретает сугубо важное значение.

Вполне понятно, что для надлежащей постановки предмета требуется высокая научная подготовка и довольно значительное лекционное время. Как известно, в старой Петербургской духовной академии изучением данного предмета занимались две кафедры: 1) истории Византийской церкви и 2) истории южнославянских церквей.

По указанным выше соображениям учреждение в наших духовных академиях, по крайней мере, одной самостоятельной кафедры истории православных церквей Востока и Балкан было бы не только целесообразно, но и необходимо.

Кандидат богословия А. Иванов

II

Необходимость учреждения при духовных академиях объединенной кафедры византологии и истории славянских церквей диктуется и современным положением и условиями деятельности Русской православной церкви. Из этих условий существенными нужно признать два:

а) Не преследуя цели господства над другими православными церквами, Русская церковь направляет свои усилия к тому, чтобы объединить в братский союз все православные церкви мира. На этом пути она повсюду и неизменно встречает противоборствующую деятельность Ватикана, стремящегося к учреждению своеобразной католической мировой монархии во главе с папой. Что эта тенденция к верховной власти над Христовой церковью не является чем–то новым, но принадлежит папизму, с очень древних времен проводилась Ватиканом постоянно — убедительнее всего могут рассказать история Византийской и славянских церквей. Если в эпоху вселенских соборов восточные церкви воздавали естественную дань уважения и чести римскому епископу как епископу былой столицы Римской империи и с готовностью прислушивались к голосу римского епископа при решении догматических вопросов, то сама Римская церковь все определеннее обосновывала и выдвигала учение о римском папе как верховном главе вселенской церкви. Столкновение по этому вопросу между Западной и Восточной церквами в IX в. окончилось не в пользу Запада, так как патриарх Фотий — мужественный боец — отстоял самостоятельность и равноправие восточных церквей против папских притязаний Рима на их подчинение власти римского епископа. Однако папство продолжало развиваться и укреплять свои позиции настолько, что в 1054 г. нашло возможным выступить инициатором схизмы между Востоком и Западом. Защищая православие от агрессивном деятельности Ватикана, будущим деятелям Русской православной церкви — слушателям духовных академий — лучше и убедительнее всего познакомиться со всей сложной, системой католической агрессии на изучении исторических примеров ее, которыми так богата история Византийской, славянских и восточных церквей.

б) Самим надежным средством борьбы против агрессивного папизма является твердое единство православных церквей. На этот путь, естественно, вступила Русская православная церковь, имеющая большие возможности для осуществления политики создания братского союза православных церквей всего мира. То, что всегда было горячим желанием Русской православной церкви — находиться в постоянных, оживленные братских сношениях с главами автокефальных церквей Востока теперь стало обыденным явлением. Такие церковные события, как Поместный Московский собор 1945 г., избравший м[итрополита] Алексия Патриархом Московским и всея Руси и выработавший «Положение об управлении Русской православной церкви», а также совещание глав и представителей автокефальных православных церквей в 1948 г., приуроченное к празднованию 500–летия автокефалии Русской церкви, — все подобные акты, осуществляемые при поддержке нашего советского правительства, свидетельствуют о том, что родник вселенских и соборных деяний вновь забил в жизни православных церквей Востока. Само собою понятно, что оживленные сношения Русской церкви, идущей во главе всех православных церквей, требует глубокого знания истории и национальных особенностей братских восточных и славянских церквей, что и может дать слушателям академии самостоятельная кафедра истории Византийской и славянских церквей.

Оно осветит более ярким светом национальный характер всех православных церквей, вследствие которого православные церкви всегда были с народом и стояли за народ в его стремлениях к лучшей и социально справедливой жизни. Исторические примеры подобного единства стремлений и действий наций и их православных церквей укрепят не только братский союз веры между православными церквами славянских народов и Востока, но и явятся могучим стимулом для этих народов созидать между собою отношения братства и дружбы, а также объединять свои усилия в борьбе за тот «мир всего мира», с которым во всех концах земли напряженно молится Православная церковь1224.

Ф. Р–6991. Оп. 2. Д. 37. Л. 158–164. Копия. Машинопись.