185. Е. К. САХАРОВОЙ

28 июля 1886 г. Бабкино.

86, VII, 28.

Аплодирую Вам, уважаемая Елизавета Константиновна, до боли и мозолей в ладонях. Ваша свадьба – это лучшая пьеса*, которую Вы когда-либо играли… Поздравляю, крепко жму руку и от чистого сердца, приятельски желаю всего лучшего. Несмотря на свой очень маленький рост, Вы более, чем кто-либо другой, стоите настоящего, хорошего счастья.

Жалею*, что судьба не позволила мне быть у Вас шафером*. Моим шаферством завершились бы и запечатлелись бы навеки нерушимо наши добрые и (если позволите) приятельские отношения.

Сейчас я вернулся из Звенигорода, где, конечно, виделся с Вашей тетушкой Л<юдмилой> В<асильевной>. О чем мы с ней говорили, Вы знаете и догадываетесь, ибо темы Вашей тетушки вечны и постоянны, как законы природы… В самых ярких, кричащих и глаза режущих красках она (ехидно следя за выражением моего лица – потерял, мол, голубчик!) расписала Ваше счастье. Благодаря ей я знаю, что Вы не знаете, куда деваться от счастья, и что Ваш жених*лицом похож на Христа.

Людмилочка пела. Познакомился я с Менелаем*– генералом.

Живется скучно. Зарабатываю много, но денег по-прежнему нет. Со мной живет Левитан*, привезший из Крыма массу*(штук 50) замечательных (по мнению знатоков) эскизов*. Талант его растет не по дням, а по часам. Николай работает мало. Сестра жива и здравствует. Миша влюблен и философствует, и проч., и проч…

Весьма вероятно, что я буду в Крыму*, если не в этом году, то в будущем. Если сообщите Ваш севастопольский адрес, то, ради того, чтобы поглазеть на Вас, я с удовольствием завернул бы в Севастополь*.

Прощайте… Да будет Ваша жизнь так же сладка, как Ваша новая фамилия. Не забывайте, что у Вас есть доброжелатель и поклонник

А. Чехов.

На всякий случай сообщаю мой постоянный адрес: Москва, Тверская, редакция «Будильника».

Если будут слухи о моем переезде в Питер, то адресуйте Суворину.

Помните, как Вы, я и Левитан ходили на тягу?

Лет через 5-10, если буду жив, я опишу всю фамилию Марковых. Буду стараться не терять Вас из вида.

Помните, как Вы плакали в Перерве?*

Здоровье мое – грусть! Пхе!

Спасибо за Вашу память. Письмо меня тронуло.

A propos: вышла моя книга. О ней говорили все газеты и журналы*. Самую ядовитую ругань написал Н. Михайловский в июньской книжке «Северного вестника» (в отделе «Новые книги»).

На конверте:Москва, Лефортово.

Аптекарский пер., д. Ушаковых,

Ее высокоблагородию Елене ВасильевнеМарковой.

Для передачи Елизавете Константиновне Сахаровой.