182. Н. А. ЛЕЙКИНУ

24 июня 1886 г. Бабкино.

86, VI, 24, Иван-Купало.

Добрейший Николай Александрович!

Вернувшись вчера из Москвы, я получил Вашу посылку – вырезку из «Петерб<ургских> вед<омостей>»*. Большое Вам спасибо, чёрт знает какое большое! Не столько благодарю за посылку, сколько за память и внимание. Критика Ладожского (кто он?) неважная. Много слов, но мало дела, но все-таки приятно и лестно.

«Новости дня»*, не знаю, чего ради, целиком перепечатали эту критику*, так что половина номера занята разговорами о моей особе. Были заметки в «Будильнике» и в «Русских ведомостях»*. Вообще книга рекламируется недурно и без всяких со стороны моей усилий. Как она идет? Окупились ли расходы?*

Ленюсь я по-прежнему. Чёрт ее знает, куда пропала энергия… Денег почти нет, погода чаще плоха, чем хороша, а на душе мерзко, ибо не проходит дня, чтобы обошлось без душевной передряги. То и дело натыкаюсь на мерзкие известия и сюрпризы, так что даже боюсь письма получать*.

Правда ли*, что «Пет<ербургская> газ<ета>» будет выходить в размере «Figaro»?*

У меня живет Агафопод, который извиняется, что не успел повидаться с Вами и засвидетельствовать Вашей семье свое почтение. Он был слеп*, но теперь совлек с себя Велизария и стал видющ. Николай оканчивает прелестный рисунок*, который пошлет завтра. Рисунок замечательный. Способный человечина, но… vous comprenez[64], плохой работник.

Разрешили Вы Тимофею ловить рыбу*, или он всё еще щебень таскает? Уж Вы дайте ему побаловаться. Он хоть и глуп у Вас, но симпатичен и немножко поэт*.

В июне я не приеду*: семейные обстоятельства… Насчет июля ничего не скажу положительного. Рыбу я пока не ловлю. Грыбов много, хотя им и мешают расти безобразно холодные ночи.

Однако Билибин большой молодчина! Фельетоны его в «Газете»*очень милы и не только подают надежды, но даже свидетельствуют о крупном таланте, в котором теперь даже деревянные скептики не усомнятся. Он гораздо теплее и грациознее Буквы… Не хватает только выдержки. Как здоровье Прасковьи Никифоровны? Пусть она упрямо принимает прописанные мною зелья*. Даже в случае диагностической ошибки с моей стороны они не могут принести ничего, кроме пользы, но я едва ли ошибся. Диагноз мой тем более верен, что я держусь его и доселе. Если Вы примете во внимание, что Kal. jodatum не помогало (как Вы мне говорили), то согласитесь со мной сами…

Кланяюсь всем Вашим. Дожди у нас идут ежедневно, но травы, благодаря весенней засухе и ночным холодам, плохи.

Не давайте мужикам ялапы*. К чему, если есть касторка?

За сим, в ожидании от Вас письма, жму руку и пребываю уважающим

А. Чехов.