Евсевий подводит итог переходной эпохе. Его труды отражают переход Церкви из состояния гонимого меньшинства к положению доминирующего вероисповедания в Римской империи — если не по численности, то по крайней мере по влиянию. Возможно, это был наиболее подходящий момент, для того чтобы «отец церковной истории» взялся за перо. То был конец одной эпохи и начало другой.

Вполне естественно думать, что литературное творчество Евсевия, принадлежавшего к IV в., относится к его первым десятилетиям. Кроме того, он оказался вовлечен в дискуссии вокруг Никейского Собора и сопутствующие события. Евсевию было около сорока лет в начале века, и во многих отношениях его мировоззрение отражает особенности III в. В большей части его сочинений может быть уловлен апологетический элемент, и, несмотря на глубокую вовлеченность в политические события, казалось, что в своих богословских представлениях он не был в достаточной степени подготовлен к новым запросам и осложнениям арианских споров.

Тем не менее это обстоятельство само по себе добавляет ему интереса. Мы можем быть в большой степени уверены, что он обращался к значительной части консервативного духовенства, воспринимавшего очевидные нововведения в вере в священном ужасе и замешательстве, вместе с тем с искренним прекраснодушием приветствовавшего обращение императора и триумф Церкви. На страницах его произведений мы сталкиваемся с тем, чем стал «оригенизм», а именно с верой церковного деятеля с достаточным образованием, который удивительным образом буквально подходил к Священному Писанию и вероучению. В его действиях мы можем усмотреть компромисс, однако если и так, то он происходит из неподдельного желания сохранить традиционную веру и церковное единство.