И «Лавсаик», иHistoria monachorumпредставляют собой литературные произведения, написанные, подобно «Житию прп. Антония», приезжими образованными греками. И хотя эти сочинения в меньшей степени преследуют философские цели, все же они отражают интересы и образ жизни своих создателей (если только не учитывать склонности последних к преувеличению и идеализации). То же самое можно сказать и о латинской литературе Руфина, блж. Иеронима и прп. Иоанна Кассиана, которые также посещали пустыню и знали ее по собственному опыту, но оставались при этом внешними ее почитателями. Среди знаменитых отшельников Египта некоторые сами были грекоговорящими переселенцами и учеными, как, например, Евагрий Понтийский и Арсений, однако большинство составляли необразованные копты, не знавшие греческого языка и зачастую неграмотные. Стилизованный материалApophthegmata Patrumпозволяет слегка приподнять завесу книжности и культуры и мельком взглянуть на устную традицию пустыни. И хотя сборники отеческих изречений составлены позднее, а связанные с ними вопросы текстологической критики невероятно сложны, тем не менее в них можно обнаружить следы тех источников, которые обеспечили Палладия и других авторов львиной долей их материала. Несмотря на то, что некоторые из героев Палладия пребывали в неизвестности, многие, как Аммун и прп. Пахомий, были лидерами раннего монашеского движения, а такие фигуры, как Памво, прп. Макарий Великий и прп. Макарий Александрийский, Моисей Эфиоплянин и Павел Простой, были настолько знамениты, что их изречения передавались из уст в уста и впоследствии вошли вApophthegmata.По большей части данныеApophthegmata Patrumне столько совпадают с материалами Палладия, сколько дополняют их; к тому же большинство изречений и назидательных историй, собранных здесь, приписывается великим аскетам следующего поколения.