Праздник Успения Пресвятой Богородицы сопровождается и особым чином ее погребения, который имеет ныне правиться и в нашем храме. Этот чин соответствует по содержанию празднования соединению Успения Богоматери (как отшествие из этого мира) и ее восшествия на небеса к божественному Сыну. Мать и Сын, Жених и Невеста соединяются ныне в пренебесной их славе, и это соединение выражается в самом замысле и строении последования.

Совершенно ясно и преднамеренно оно построено по подобию службы погребения Спасителя, причем его песнопения изменены только применительно к Богоматери, так что мы присутствуем как бы на Богородичной заутрене Великой Субботы. Это подобие придает особую красоту и торжественность чину погребения Богоматери, его напевам и священным текстам, со включением трех погребальных статий со стихословием 118 псалма и торжественного хода с плащаницей Богоматери вокруг храма.

Но больше и значительнее этих литургических красот чина погребения Богоматери его вероучительное содержание, в котором Церковь исповедует догматические истины, относящиеся к Богоматери и ее честному Успению. Основная из этих истин относится к ее прославлению, ибо Успение Богоматери есть и ее небесная слава.

Церковь в сдержанных и кратких образах излагает это учение, и сей чин есть один из важнейших догматических к нему источников. Успение Богоматери есть, по ее тридневном пребывании во гробе, преславное воскресение и одесную Сына седение. Посему мы и воспеваем ныне:

«В чертог божественный, тебя, невесту Божию, Жених призывает, Богоневесто»!

«До престола Божия, идеже свет Троицы страшный и неприступный, достигла и почила еси, Дево, истинно».

«Чистое твое тело, Дево, тления во гробе не увиде, но с телом прешла еси от земли к небеси».

«Бог славы, Сын твой, чистая, со славою яко матерь прият тя и посади одесную себе».

«Облечена и приукрашена благодатию, ныне предстала еси Богу, яко царица и Матерь Божия».

«О, радосте неизреченная, о честе безмерная, Мариам со Иисусом Сыном своим царствует на небеси и на земли».

В таких словах свидетельствует Церковь о воскресении и вознесении на небо Пресвятой Богородицы. Это не означает, что она вошла во Святую Троицу с Сыном своим, но, как «обожившая естество смертных», она пребывает духовно и телесно в непосредственной близости к своему Сыну, выше всей твари. С Ним она погребается: («Бог погребеся и Матерь Божия; Бог в темная сниде, и Матерь Божия»), и с Ним она воскресает телесно, и с Ним она царствует на небеси и на земли». Поэтому честное ее Успение восхваляет вся тварь — ангелы и человеки. И мы ныне, недостойные, шествуем за ее гробом в небошественном ее восхождении.

Царица неба и земли. Ты — во Успении мира не оставила еси. Ты зришь, в какой скорби мир совершает твое честное погребение. Ты сама ведаешь, что ждет его уже завтрашний день. К светлой радости твоего гроба приносим мы ныне всю скорбь и мрак, нас окружающие. Будь ныне с нами, царица небесная и земная, милосердная Матерь наша. Блажим тя вси роди, Богородице Приснодево, и славим Успение твое!

Проповедь эта была написана в женской обители во имя Казанской иконы Божьей Матери, где, отдыхая после тяжелой операции горла, о. Сергий совершил первую после болезни литургию в день Успения Божьей Матери. Вот как он сам говорит об этом в одном из своих частных писем: «…В день Успения Пресвятой Богородицы Матерь Божия разрешила меня от епитимии. По приглашению милейшего отца Евфимия, который с самого моего приезда об этом думал, я совершил с ним в этот день божественную литургию. Конечно, всю дьяконскую часть и значительную часть священнической правил он, — у меня для этого нет ни голоса, ни дыхания (да, видимо, и не будет), но все евхаристические возгласы произносил я, совершил таинство и причастил всех. Таково было мое блаженство!» …

1939 г.