На земле родися Отроча младо — предвечный Бог в убогом вертепе, но Ему было присуще место в Храме, ибо Ему построен был Храм. И Он принесен был в Храм Свой, где благоволил обитати Имени Его (3 Ц. 8,29). Но Он явился туда не для принятия поклонения, но послужить многим, в зраке раба, в смирении убожества плоти закрывая сияние Своего Божества. Он прибыл сюда, как сын подзаконный, послушный закону, Им Самим данному Моисею, Собою являя образ послушания: ибо не нарушить закон Он пришел, но исполнить. Мать Его пришла посвятить Богу первородного Сына, Богу–Отцу отдать Бога–Сына, и принести жертву искупительную и очистительную. В рождении Младенца Она не знала греха, но как Он, безгрешный, пришел принять от Иоанна крещение покаяния, так и Она в непорочном рождестве Своем пришла принести жертву за грех, имея на руках Того, Кто был воистину Жертвой за грехи всего мира. Христос, входя в мир, глаголет: «жертвы и приношения Ты не восхотел, но тело уготовал Мне… вот иду исполнить волю Твою, Боже» (Евр. 10,5–7). Не для славы, но для жертвопринесения приносится Господь в Дом Свой, который должен был принять Невместимого.

И завеса уничижения Господа была столь густа и непроницаема, что Храм не узнал и не приметил Своего Господа–Младенца, с Матерью Своей затерявшегося среди множества приносящих повседневные жертвы. Завеса храмовая не разодралась от края до края, Первосвященник не вышел навстречу Грядущему во Имя Господне, и не отверзлись Святая Святых, дабы явиться престолом Царю царствующих. Все оставалось неподвижно и равнодушно, как остался неподвижен и равнодушен мир вокруг Него, и близкий, и далекий, в ночь Его рождества в вертепе. «В мире бе, мир тем бысть, и мир Его не позна». Однако встреча Господа должна была совершиться в Храме, Ему должна была поклониться ветхозаветная Церковь, которая вся только и жила чаянием «грядущих благ» (Евр. 10,1). Его должно было узнать ветхозаветное человечество, которое в лице своих пророков, патриархов, исповедников тысячелетиями всматривалось во тьму времен грядущих, чая света и откровения языков. Нужно было, чтобы Родившийся в вертепе был принят и признан человечечким родом, для спасения которого Он явился, в лице предуказанных к тому богоизбранников, и не только тогда, когда засвидетельствовал о Нем крестивший Его Предтеча, но уже здесь, на пороге жизни и на этом пороге храма. Ветхозаветная Церковь должна была поклониться вступившему в Храм в зраке глубокого уничижения Спасителю своему и Богу. И это поклонение, эта встреча совершились. Среди избранного народа Божьего была уготована блаженная старость для встречи Господа. Целая жизнь подвига, молитвы и веры была посвящена этому ожиданию настолько, что молитва об отпущении из мира слилась воедино с молитвой об этой встрече. И молитва эта была услышана, и праведному Симеону было обещано Духом Святым не видеть смерти, доколе не увидит Господа. Для сего был избран не носитель священства, ибо священство не могло совершить эту встречу, не упразднившись перед лицом Архиерея по чину Мелхиседекову: первосвященник должен бы снять свой кидар и наперсник, и самая жертва прекратиться пред лицом Самой Жертвы, и завеса церковная упраздниться ранее времени. Но сему надлежало еще сохраниться до исполнения времен. И посему к сретению Господа избран был старец пророчественного служения, особым осенением Святого Духа, Который и привел его в Храм в день и час урочный.

И он, сретив Богочеловека, взял Его на руки, — благословил и изрек: ныне отпущаеши. Час его отшествия из мира пробил, ибо увидели очи его чаемое спасение. Его прощальная песнь явилась боговдохновенным исповеданием веры в Спасителя, впервые прозвучавшим на земле, так что, сказано евангелистом, Иосиф и Матерь Его дивились сказанному о Нем. И Ей, Матери, рек Симеон с благословением пророческое слово. Но какая же встреча, какое приветствие, какое поклонение приличествовало Матери Царя царей, Которая еще богоотроковицей, появившись в этом храме, встречена была Первосвященником и возведена во Святая Святых? И се — ныне Она, с нищенской Своей жертвой затерявшаяся в толпе, слышит от пророка грозное и неутешное слово пророчества о грядущем кресте Ее жизни, об орудии, которое пройдет Ее сердце, вместе с гвоздями, разрывающими руки и ноги Ее Сына. Вкупе с Симеоном встретила Господа и Анна пророчица, старица, отходящая из мира, так же, как и вся ветхозаветная Церковь. И она пророчествовала, славя Господа.

Встреча совершилась. Ветхозаветный мир завершил свое дело, устами Симеона изрек свое ныне отпущаеши. Но храму и законному обряду еще предстояло сохранять прежнюю видимость, пока не пришло время ему упраздниться и дать место новому поклонению Богу в духе и истине. Матери же и Младенцу, возвратившимся в Назарет, предстояло бегство в Египет во спасение от неистовства Ирода: пророчеству Симеонову уже положено было начало исполнения… Да прозвучит «ныне отпущаеши», песнь лицезрения Господа, и в нашей душе в тот час, когда, на грани этой жизни, будет она вступать в мир духовный. Да будет это вступление «сретением» Господа и Матери Его, которого в этой жизни жаждет и чает верующая и любящая наша душа! Аминь.

1924 г.