Дар слез, акцентированный в современном харизматическом движении, также занимает важное место в духовной традиции православного Востока. «Богословие слез» играет особенно значительную роль в учении св. Иоанна Лествичника, св. Исаака Сирина и св. Симеона Нового Богослова. Для Лествичника слезы являются обновлением благодати крещения: «Источник слез после крещения больше крещения, хотя сии слова и кажутся несколько дерзкими [...] Крещение приняв в младенчестве, мы все осквернили его, а слезами снова очищаем его» (Лествица, 7,6). Св. Исаак рассматривает слезы как существенный рубеж между «телесным» и «духовным» состояниями, кадр точку перехода из настоящего века в век грядущий, в который через) предощущение можно вступить еще в этой жизни. Новорожденным ребенок плачет, как только появляется на свет; подобным образом христианин плачет, воз-рождаясь в «будущий век». Св. Симеон настаивает на том, что мы никогда не должны принимать причастия без пролития слез. А согласно Никите Стифату, ученику св. Симеона слезы могут даже восстановить утерянную девственность.

Что говорит нам этот дар слез относительно смысла покаяния? Бывают разные виды слез, и существенным является различение этих видов. Принципиальная разница существует междучувственнымиидуховнымислезами (есть также и третий вид: возможны слезы демонические). Чувственные слезы — эмоциональны; духовные слезы аскетичны. Чувственные слезы, как правило, связаны со страстями: часто они являются следствием гнева, разочарования, зависти, жалости к себе или просто нервного возбуждения. Духовные слезы, как указывает само их наименование, — это дар благодати Бога Духа Святого, а не результат только наших собственных усилий, и они тесно связаны с нашей молитвой. Чувственные слезы суть выражение уныния, которое сопровождает нас в земных условиях, в падшем мире тления, неустанно двигающемся к смерти; духовные слезы ведут нас к новой жизни Воскресения.

Духовные слезы, как учат святые отцы, бывают двух основных видов. На более низком уровне это «горькие» слезы; на более высоком -«сладостные». В первом случае они являются средством очищения; во втором — просвещения. На более низком уровне они выражают раскаяние, сожаление о грехах, печаль нашего разрыва с Богом — это Адам, плачущий перед вратами Рая; на более высоком уровне они выражают радость Божественной любви, благодарение за наше незаслуженное восстановление в сыновстве. Первое отражено в образе блудного сына, еще пребывающего в изгнании, который плачет о потерянной родине; второе — в образе блудного сына, плачущего от радости в доме своего отца на праздновании по случаю своего возвращения. На низшем уровне слезы подобны крови, истекающей из ран нашей души, по выражению св. Григория Нисского; на высшем уровне они означают одухотворение чувств и являются одним из аспектов всецелого преображения человеческой личности обожающей благодатью.

Два уровня духовных слез не следует слишком резко противопоставлять, ибо один ведет к другому. То, что начинается как слезы сожаления о грехах, постепенно претворяется в слезы благодарения и радости. И поэтому в «даре слезном» мы снова видим то, на чем постоянно настаивали: покаяние не негативно, но позитивно; не разрушительно, но жизнетворно; не то, что повергает в уныние, но то, что полно надежды.