– Твоя главная тема – это альтернатива как способ остановить революцию. Сегодня от советской безальтернативности мы через перестройку вдруг пришли к новой безальтернативности. Да еще, если верить тебе, стоим перед перспективой неостановленной революции.

– Но и это с нами не впервые. Здесь необходимо представить ряд предальтернативных ситуаций в прошлом России – как они разрешались? И почему не перерастали в альтернативу? Проблема преемственности и разрыва с прошлым определяет потенциал альтернативного мышления.

– История того, как мы бродим кругами. Сколько кругов ты насчитал с декабристов?

– Декабристы, кстати, вне ряда. В конфликте Пестеля и «северян» момент альтернативы наметился, но не скажу, что ситуация в целом была альтернативной. Другое дело 1861 год как «революция сверху». За отсчетную точку возьмем постниколаевскую предальтернативу. Отмена крепостного права и разночинство – узел, где русские коллизии доросли до исторической предальтернативы. Реформы, при попытке от этих реформ выйти на уровень гражданского общества. Вот где истинно встала проблема альтернативы. Вступившая на путь «революции реформ» власть отказалась делиться гегемонией в пользу разночинных эмбрионов. А те не складывались в гражданское общество и весьма от этого далеки. Но речь тем не менее о целом пласте людей, которые устремляются во все среды, от подполья до науки и земства.

Ответ разночинского движения носил характер контрреформы. Про царствование Александра III говорят «эпоха контрреформ», это верно. Но и разночинское движение мы вправе рассмотреть какреволюционную контрреформу: пройдя ряд стадий, та иссякла в терроре. Происходит столкновение, и с обеих сторон оно ведет к крушению протоальтернативной ситуации.

Вот первый узел. Второй узел – 1905 год, первая революция и Столыпин. Даже 1917 год предварен обозначенным его именем предальтернативным столкновением. Третий узел нэповский, с переходом в сталинизм. И четвертый – от Хрущева до Ельцина.

Каждая следующая ситуация относила себя к предшествующей. В этот момент было возможно осмысление прошлого либо отторжение, игнорирование его. Различие страшно существенно для того, сможет ли предальтернатива перерасти в норму. Либо не сможет, и тогда фактор неостановленной революции возвращается во всей силе.