Около этого времени, въ Барчестерѣ, распространились страшные слухи; они облетѣли вокругъ всей соборной ограды, проникли въ жилища важныхъ членовъ капитула, и въ скромныя гостиныя пѣвчихъ. Оттуда ли они прошли въ епископскій дворецъ или же взяли свое начало изъ этого дворца, мы не беремся рѣшить. Но слухи эти были ужасны, непонятны и, безъ сомнѣнія, до крайности прискорбны всему достопочтенному барчестерскому духовенству.

Первое извѣстіе касалось новаго бенефиціанта и позора, который онъ навлекъ на весь капитулъ, позора доселѣ неслыханнаго въ Барчестерѣ, какъ съ гордостью утверждали нѣкоторые. Впрочемъ, эти гордыя утвержденія не совсѣмъ были вѣрны: не далѣе какъ два три года тому назадъ происходилъ публичный аукціонъ въ домѣ бывшаго члена капитула, доктора Стенгопа; и по этому случаю самъ докторъ увидѣлъ себя принужденнымъ бѣжать въ Италію,-- ускакать ночью чтобы не быть схваченнымъ безжалостными кредиторами вмѣстѣ съ его столами и стульями.

-- Просто стыдъ и срамъ, говорила мистриссъ Проуди не про стараго доктора, а про молодаго преступника,-- просто стыдъ и срамъ. По дѣломъ бы ему, еслибъ его лишили духовнаго сана.

-- Вѣроятно, на его ругу будетъ наложено запрещеніе, сказалъ одинъ изъ младшихъ членовъ капитула, молодой человѣкъ, принимавшій съ особымъ почтеніемъ приказанія повелительницы епархіи, а потому пользовавшійся вполнѣ заслуженною милостію. Если на Фремлей будетъ наложено запрещеніе, отчего бы ему не взять на себя приходскія обязанности, съ такимъ содержаніемъ, какое благоволитъ назначить ему епископъ?

-- Я слышала, что онъ страшно запутался въ долгахъ, сказала будущая мистриссъ Тиклеръ,-- а все больше изъ-за лошадей, которыхъ онъ покупалъ въ долгъ.

-- Да, онъ обыкновенно пріѣзжаетъ въ соборъ на великолѣпной лошади, сказалъ младшій членъ капитула.

-- Теперь, говорятъ, белифы все у нихъ описываютъ въ домѣ, сказала мистриссъ Проуди.

-- Его не посадили въ тюрьму? спросила будущая мистриссъ Тиклеръ.

-- По крайней мѣрѣ, онъ это вполнѣ заслуживаетъ, сказала ея мать.

-- Если и не посадили, такъ скоро посадятъ, заключилъ младшій членъ.-- Я слышалъ, что онъ связался съ самыми отъявленными мошенниками.

Вотъ какъ разсуждали объ этомъ предметѣ въ епископскомъ дворцѣ, и хотя конечно здѣсь болѣе чѣмъ въ скромныхъ кружкахъ потрачено было краснорѣчія и поэзіи, однако мы можемъ изъ этого заключать, какъ вообще смотрѣли на несчастіе Марка Робартса. Признаться, онъ ничего лучшаго и не ожидалъ отъ своихъ собратьевъ. Но имя его не переходило изъ устъ въ уста въ продолженіе обычныхъ девяти дней; шумъ, надѣланный его исторіей, очень скоро утихъ. Причиной этого внезапнаго поворота молвы были новыя вѣсти еще ужаснѣйшаго свойства, вѣсти, которыя такъ поразили мистриссъ Проуди, что, по собственному ея выраженію, кровь застыла у нея въ жилахъ. И она позаботилась, чтобы кровь также застывала въ жилахъ и у всѣхъ ея знакомыхъ, которые были одарены одинаковою съ нею впечатлительностью. Прошелъ слухъ, что лордъ Домбелло бросилъ миссъ Грантли.

Мнѣ до сихъ поръ не удалось разузнать, съ какой точки земнаго шара брала свое начало эта жестокая вѣсть; дѣло только въ томъ, что она разнеслась съ неимовѣрною быстротой. Не мудрено, что мистриссъ Проуди лучше чѣмъ кому-либо въ Барчестерѣ были извѣстны всѣ событія, относящіяся до семейства Гартльтоповъ, такъ какъ она больше другихъ вращалась въ высшемъ свѣтѣ; и потому, безъ сомнѣнія, она имѣла основательныя причины утверждать, что лордъ Домбелло уже разъ обманулъ другую молодую дѣвушку, а именно леди Юлію Макъ-Муллъ, съ которою онъ былъ помолвленъ года три тому назадъ, такъ что на его слово трудно полагаться въ подобныхъ дѣлахъ; мистриссъ Проуди умалчивала о томъ, что леди Юлія была отъявленная кокетка, и черезчуръ любила вальсировать съ какимъ-то нѣмецкимъ графомъ ** за котораго она и вышла нѣсколько времени спустя; вѣроятно ей не были извѣстны эти обстоятельства, несмотря на все ея знакомство съ большимъ свѣтомъ.

-- Это будетъ страшный урокъ для насъ всѣхъ, мистриссъ Квиверфулъ, и полезное предостереженіе не полагаться на блага міра сего. Я опасаюсь, что они не постарались разузнать объ этомъ молодомъ лордѣ прежде чѣмъ въ свѣтѣ стали соединять его имя съ именемъ ихъ дочери.

Мистриссъ Проуди говорила это женѣ теперешняго попечителя Гирамова госпиталя, почтенной матери семейства, облагодѣтельствованной ею, и потому обязанной терпѣливо выслушивать ея рѣчи.

-- Но можетъ быть окажется, что это неправда, сказала мистриссъ Квиверфулъ, которая, несмотря на свои вѣрноподданническія чувства къ мистриссъ Проуди, имѣла также причины желать добра семейству Грантли.

-- Дай Богъ, чтобы вышло такъ, проговорила мистриссъ Проуди, и въ голосѣ ея слышался легкій оттѣнокъ гнѣва,-- но, къ сожалѣнію, не остается, кажется, ни малѣйшаго сомнѣнія. Я должна признаться, что этого слѣдовало и ожидать. Надѣюсь, что мы все это примемъ какъ урокъ, какъ указаніе, посланное намъ Божіею благостію. Попросите-ка вашего мужа отъ моего имени, мистриссъ Квиверфулъ, избрать это предметомъ своей утренней и вечерней проповѣди, въ будущее воскресенье, въ госпиталѣ; пусть онъ покажетъ, какъ обманчивы наши надежды на блага міра сего.

Мистеръ Квиверфулъ отчасти исполнилъ это требованіе, сознавая въ душѣ какъ для него дорого спокойное житье въ Барчестерѣ; но впрочемъ онъ не рѣшился предостерегать своихъ слушателей, бѣдныхъ старичковъ богадѣльни, противъ черезчуръ честолюбивыхъ матримоніальныхъ замысловъ.

Въ этомъ случаѣ, какъ и во всѣхъ другихъ, слухи разнеслись по всему капитулу прежде чѣмъ дошли до архидіакона и до его жены. Кто-то сообщилъ ихъ декану, но онъ оставилъ ихъ безъ вниманія; точно также и мистриссъ Эребинъ, по крайней мѣрѣ сначала, и вообще всѣ тѣ, которые обыкновенно брали сторону семейства Грантли во всѣхъ междуусобныхъ распряхъ, презрительно отвергали эти обидные слухи, и говорили другъ другу, что архидіаконъ и его супруга сами умѣютъ вести свои дѣла, и не нуждаются въ постороннихъ совѣтахъ. Но капля за каплею пробиваетъ и камень; и наконецъ повсюду стали соглашаться, что есть причины къ опасенію,-- повсюду, кромѣ Пломстеда.

-- Я увѣрена, что все это пустяки, совершенно увѣрена, шопотомъ говорила мистриссъ Эребинъ своей сестрѣ,-- но я думала, что лучше довести до твоего свѣдѣнія всѣ эти сплетни. Можетъ-быть мнѣ не слѣдовало.

-- Напротивъ, ты очень хорошо сдѣлала, милая Элеонора, отвѣчала мистриссъ Грантли,-- и я тебѣ отъ души благодарна. Но я очень хорошо знаю, что этими сплетнями мы обязаны епископскому дворцу.

На этомъ и остановился разговоръ между сестрами.

Но на другое утро мистриссъ Грантли получила письмо по почтѣ, со штемпелемъ городка Литтльбата. Содержаніе его было слѣдующее:

"Милостивая Государыня!

"Мнѣ извѣстно изъ достовѣрныхъ источниковъ, что лордъ Домбелло совѣтовался съ нѣкоторыми изъ своихъ друзей, о томъ какъ бы отдѣлаться отъ своего обѣщанія. А потому я счелъ своею христіянскою обязанностью предупредить васъ объ этомъ.

"Преданный вамъ

"Доброжелатель."

Дѣло въ томъ, что въ Литтльбатѣ проживала близкая пріятельница и наперсница будущей мистриссъ Тиклеръ; а будущая мистриссъ Тиклеръ, въ порывѣ дружескаго радушія, недавно имѣла неосторожность написать нѣсколько строкъ своей милой Гризельдѣ Грантли, поздравляя ее по случаю помолвки.

-- Это не настоящій ея почеркъ, говорила мистриссъ Грантли, толкуя съ мужемъ объ этомъ предметѣ.-- Но ты можешь быть увѣренъ, что письмо отъ нея. Это обращикъ новомодной христіанской добродѣтели, которую намъ каждый день проповѣдуютъ во дворцѣ.

Но всѣ эти сплетни и предостереженія нѣсколько подѣйствовали на архидіакона. Онъ не давно узналъ исторію съ леди Юліей Макъ-Муллъ, и не совсѣмъ былъ убѣжденъ, что его будущій зять былъ совершенно правъ въ этомъ дѣлѣ. Притомъ же лордъ Домбелло давно не подавалъ о себѣ никакой вѣсти. Тотчасъ по возвращеніи Гризельды въ Пломстедъ, онъ прислалъ ей великолѣпное изумрудное ожерелье, которое, однако, она получила прямо отъ ювелира, такъ что оно очень могло быть заказано не самимъ женихомъ, а какимъ-нибудь его прикащикомъ. Съ тѣхъ поръ онъ и не пріѣзжалъ, и не писалъ, и не присылалъ подарковъ. Впрочемъ Гризельда, повидимому, нисколько не огорчалась отсутствіемъ обычныхъ знаковъ любви, и спокойно посвятила себя своимъ великимъ занятіямъ. "У насъ не было уговора о перепискѣ, сказала она матери, а потому я вовсе и не жду писемъ." Но архидіаконъ не такъ-то спокойно смотрѣлъ на это дѣло.

-- Вы съ Домбелло держите ухо востро, шепнулъ ему одинъ изъ его пріятелей въ клубѣ.

Да архидіаконъ былъ бы и не способенъ терпѣливо спустить такого рода обиду. Несмотря на свой духовный санъ, онъ всегда былъ готовъ отразить личное оскорбленіе,-- и отлично отразить.

-- Въ самомъ дѣлѣ, не вышло и чего-нибудь? сказалъ онъ женѣ.-- Не съѣздитъ ли мнѣ въ Лондонъ?

Но мистриссъ Грантли приписывала все вліянію епископскаго дворца. Да и что могло быть естественнѣе, если принять въ соображеніе всѣ обстоятельства помолвки Оливіи съ мистеромъ Тиклеромъ? И потому, она отсовѣтовала мужу принимать какія-либо рѣшительныя мѣры.

Дня два спустя, мистриссъ Проуди встрѣтилась съ мистриссъ Эребинъ, и громко соболѣзновала о разстройствѣ свадьбы Гризельды. Будущая мистриссъ Тиклеръ сопровождала мать, а мистриссъ Эребинъ была съ невѣсткой Мери Больдъ.

-- Я понимаю, какъ это должно быть грустно для мистриссъ Грантли, сказала мистриссъ Проуди,-- и отъ души сочувствую ей. Но вы знаете, мистриссъ Эребинъ, подобныя испытанія ниспосылаются намъ для нашего блага.

-- Конечно, отвѣчала мистриссъ Эребинъ, но въ этомъ случаѣ, я сомнѣваюсь....

-- Ахъ! теперь ужь никакихъ не можетъ быть сомнѣній. Вы конечно знаете, что лордъ Домбелло уѣхалъ изъ Англіи.

Мистриссъ Эребинъ не слыхала объ этомъ и принуждена была въ томъ сознаться.

-- Онъ уѣхалъ дня четыре тому назадъ на Булонь, сказала мистриссъ Тиклеръ, которая по видимому разузнала все до малѣйшихъ подробностей.

-- Мнѣ такъ жаль бѣдной Гризельды! Я слышала, что у ней ужь и приданое готово; это такъ непріятно!

-- Но почему же лорду Домбелло не воротиться изъ Франціи? спокойно спросила миссъ Больдъ.

-- Разумѣется, почему бы ему не воротиться? возразила мистриссъ Проуди.-- Онъ вѣроятно и воротится когда-нибудь! Но если онъ такой человѣкъ, какъ про него разказываютъ, то мы должны радоваться, что Гризельда отъ него избавилась. Вѣдь правду сказать, мистриссъ Эребинъ, что значатъ всѣ блага мірскія? Все это прахъ и тлѣнъ, ложь, суета и обманъ.

И мистриссъ Проуди удалилась очень довольная своими христіанскими метафорами, бормоча про себя что-то о червяхъ могильныхъ, съ очевиднымъ намекомъ на семейство Грантли и на весь родъ Гартльтоповъ.

Послѣ всего этого, мистриссъ Эребинъ сочла своимъ долгомъ переговорить съ сестрою, и на семейномъ совѣтѣ въ Пломстедѣ было рѣшено, что архидіаконъ лично отправится во дворецъ и попроситъ мистриссъ Проуди положить конецъ всѣмъ этимъ глупымъ толкамъ. Онъ такъ и сдѣлалъ на слѣдующее же утро. Его провели въ кабинетъ епископа, гдѣ онъ засталъ и его самого и его супругу. Епископъ пошелъ къ нему навстрѣчу съ самою ласковою улыбкою, и вообще привѣтствовалъ его такъ любезно, какъ будто бы изо всѣхъ членовъ барчестерскаго духовенства, архидіаконъ Грантли пользовался особымъ его расположеніемъ. Но мистриссъ Проуди смотрѣла довольно мрачно и сурово; она тотчасъ же догадалась, что архидіаконъ пріѣхалъ не даромъ. Онъ вообще не слишкомъ-то любилъ дѣлать утренніе визиты въ епископскій дворецъ.

На этотъ разъ онъ прямо приступилъ къ дѣлу:

-- Я пріѣхалъ къ вамъ съ просьбой мистриссъ Проуди, сказалъ онъ, и мистриссъ Проуди слегка поклонилась.

-- Я увѣренъ, что мистриссъ Проуди будетъ очень рада.... началъ было епнокопъ.

-- До меня дошло, что здѣсь въ Барчестерѣ распускаютъ разные нелѣпые слухи про мою дочь, и я пріѣхалъ просить мистриссъ Проуди...

Многія женщины на мѣстѣ мистриссъ Проуди страшно бы смутились и готовы были бы со стыдомъ отказаться отъ своихъ словъ. Но мистриссъ Проуди была не изъ такихъ. Мистриссъ Грантли имѣла неосторожность попрекнуть ее мистеромъ Слопомъ, здѣсь, въ собственной ея гостиной, и она рѣшилась ей отомстить. Кромѣ этого, мистриссъ Грантли насмѣшливо отозвалась о будущемъ ея зятѣ: неужели же мистриссъ Проуди откажетъ себѣ въ удовольствіи, открыто высказаться насчетъ Гризельды и лорда Домбелло?

-- Да, къ сожалѣнію, о ней очень многіе говорятъ, подхватила мистриссъ Проуди;-- но правда, что она бѣдняжка тутъ ни въ чемъ не виновата; это могло случиться со всякою дѣвушкой. Конечно, при большей заботливости, со стороны... вы меня извините, докторъ Грантли...

-- Я говорю о слухѣ распространившемся въ Барчестерѣ, будто бы разстроилась свадьба моей дочери съ лордомъ Домбелло, и...

-- Да кажется, это ужь всѣмъ извѣстно, сказала мистриссъ Проуди.

-- ...и я прошу васъ мистриссъ Проуди, продолжалъ архидіаконъ,-- опровергнуть этотъ слухъ.

-- Опровергнуть этотъ слухъ! Да вѣдь онъ бѣжалъ, онъ уѣхалъ изъ Англіи.

-- Не въ томъ дѣло, что онъ уѣхалъ, мистриссъ Проуди: я хочу положить конецъ этимъ глупымъ сплетнямъ.

-- Такъ вамъ придется обойдти всѣ дома въ Барчестерѣ, сказала она.

-- Ничуть, сказалъ архидіаконъ.-- Можетъ-быть мнѣ слѣдуетъ объявить епископу, что я пришелъ сюда потому....

-- Епископъ ничего объ этомъ не слыхалъ, сказала мистриссъ Проуди.

-- Ничего ровно, подхватилъ епископъ,-- надѣюсь, что все обойдется благополучно.

-- ...потому что вы сами объ этомъ такъ открыто заговорили съ мистриссъ Эребинъ, вчера утромъ.

-- Открыто заговорила! Да, докторъ Грантли, иныя вещи довольно трудно скрыть; рано или поздно онѣ выйдутъ наружу. И позвольте вамъ замѣтить, что вы такимъ образомъ не заставите лорда Домбелло жениться на вашей дочери.

Это было совершенно справедливо; онъ даже не могъ заставить замолчать мистриссъ Проуди. Архидіаконъ начиналъ догадываться, что онъ понапрасну предпринялъ свой походъ.

-- Во всякомъ случаѣ, сказалъ онъ,-- я надѣюсь, что теперь, узнавъ отъ меня, какъ неосновательны эти слухи, вы будете такъ добры, что не будете распространять ихъ далѣе. Кажется милордъ, я не слишкомъ многаго требую.

-- Епископъ ничего объ этомъ не знаетъ, опять сказала мистриссъ Проуди.

-- Ровно ничего, подтвердилъ епископъ.

-- И такъ какъ я принуждена вамъ объявить, что я вѣрю этимъ слухамъ, продолжала мистриссъ Проуди,-- то я никакой не вижу возможности опровергать ихъ. Я очень хорошо понимаю ваши чувства, докторъ Грантли. Относительно мірскихъ выгодъ, это конечно была партія неожиданная для вашей дочери. Для васъ, разумѣется, очень грустно, что она разстроилась; но я надѣюсь, что это огорченіе послужитъ ко благу миссъ Гризельды и къ вашему собственному. Эти мірскія испытанія посылаются намъ Провидѣніемъ какъ уроки, и мы должны принимать ихъ съ покорностію и смиреніемъ.

Дѣло въ томъ, что докторъ Грантли очень дурно сдѣлалъ, отправившись въ дворецъ. Его жена могла бы еще какъ-нибудь справиться съ мистриссъ Проуди, но онъ совсѣмъ не годился ей въ противники. Съ тѣхъ поръ какъ она воцарилась въ Барчестерѣ, онъ имѣлъ съ нею двѣ-три схватки, и каждый разъ оставался побѣжденнымъ. Его посѣщенія во дворецъ обыкновенно кончались тѣмъ, что онъ уходилъ въ самомъ непріятномъ расположеніи духа, не добившись ровно ничего; точно также было и въ этотъ разъ. Онъ не могъ заставить мистриссъ Проуди, признаться, что всѣ эти сплетни ме имѣютъ основанія, и не былъ способенъ мстить ей колкими намеками на ея собственную дочь, какъ бы сдѣлала его жена. Итакъ онъ откланялся и ушелъ, разбитый въ пухъ.

Но всего ужаснѣе было то, что на возвратномъ пути домой онъ не могъ отдѣлаться отъ опасенія, что эти слухи на чемъ-нибудь да основаны. Что если лордъ Домбелло отправился во Францію съ намѣреніемъ написать оттуда, что ему невозможно жениться на миссъ Грантли? Вѣдь бывали же такіе примѣры! Кѣмъ бы ни было написано благонамѣренное предостереженіе изъ Литтльбата, докторъ Грантли ясно видѣлъ, что мистриссъ Проуди вѣритъ въ эти слухи,-- можетъ-быть вслѣдствіе желанія, чтобъ они оправдались, но во всякомъ случаѣ вѣритъ непритворно.

Жена не раздѣляла его опасеній и умѣла нѣсколько успокоить его; но въ этотъ же самый вечеръ архидіаконъ получилъ письмо, которое подтверждало всѣ подозрѣнія возбужденныя словами мистриссъ Проуди, и даже у мистриссъ Грантли пошатнуло довѣріе въ лорда Домбелло. Письмо было отъ знакомаго, не очень даже близкаго, съ которымъ онъ никогда до сихъ поръ не переписывался; въ немъ шла рѣчь о предметахъ неважныхъ, о которыхъ не стоило бы писать, но въ самомъ концѣ было сказано:

"Вы конечно знаете, что Домбелло уѣхалъ въ Парижъ; неизвѣстно, когда онъ возвратится."

-- Такъ это правда! сказалъ архидіаконъ, стукнувъ рукою по столу и поблѣднѣвъ какъ полотно.

-- Быть не можетъ! проговорила мистриссъ Грантли, но она сама дрожала всѣмъ тѣломъ.

-- Если такъ, я насильно притащу его назадъ, я его опозорю передъ дверьми отцовскаго дома!

Произнося эти угрозы, архидіаконъ смотрѣлъ разъяреннымъ отцомъ, но ужь отнюдь не священникомъ англиканской церкви. Мистриссъ Проуди разбила его въ пухъ; но съ мущинами онъ умѣлъ постоять за себя, и даже свирѣпѣе чѣмъ можетъ-быть подобало бы ему при его санѣ.

-- Еслибы лордъ Домбелло имѣлъ въ виду что-нибудь подобное, онъ бы конечно написалъ или попросилъ бы написать кого-нибудь изъ родныхъ, сказала мистриссъ Грантли.-- Еслибъ онъ желалъ освободиться отъ обѣщанія, то онъ, во всякомъ случаѣ, могъ бы сдѣлать это приличнымъ образомъ.

Но чѣмъ долѣе они разсуждали объ этомъ дѣлѣ, тѣмъ серіознѣе казалось оно имъ, и наконецъ они рѣшили, что архидіаконъ долженъ съѣздить въ Лондонъ. Уже не оставалось сомнѣнія, что лордъ Домбелло уѣхалъ во Францію; но докторъ Грантли надѣялся черезъ кого-нибудь изъ общихъ знакомыхъ разузнать о его намѣреніяхъ, или покрайней мѣрѣ о томъ, когда ожидаютъ его назадъ. Если точно окажется, что есть причины къ опасенію, то онъ послѣдуетъ за нимъ во Францію, но не иначе какъ положительно убѣдившись въ его вѣроломныхъ видахъ. По уговору, лордъ Домбелло долженъ былъ явиться въ Пломстедъ около половины августа, чтобы тутъ же сочетаться законнымъ бракомъ съ Гризельдой Грантли; но никто не имѣлъ права воспрещать ему съѣздить покуда въ Парижъ. Конечно, весьма естественно было бы съ его стороны сообщить невѣстѣ о своихъ намѣреніяхъ,-- большая часть жениховъ такъ бы и поступили на его мѣстѣ,-- но можно ли было сердиться на лорда Домбелло за то, что онъ не похожъ на другихъ жениховъ? Вѣдь онъ и въ прочихъ отношеніяхъ сильно отъ нихъ разнился; вопервыхъ уже въ томъ, что онъ былъ сынъ и наслѣдникъ маркиза Гартльтопа. Какой-нибудь мистеръ Тиклеръ долженъ, разумѣется, еженедѣльно давать знать о своемъ мѣстопребываніи; но возможно ли требовать того же самаго отъ старшаго сына маркиза? Тѣмъ не менѣе, архидіаконъ счелъ за лучшее съѣздить въ Лондонъ.

-- Сусанна, сказалъ онъ женѣ передъ самымъ отъѣздомъ (въ эту минуту они оба были въ довольно-грустномъ настроеніи),-- я думаю, не мѣшало бы отчасти предупредить Гризельду.

-- Неужели ты думаешь, что это нужно? спросила мистриссъ Грантли. Но даже и она не посмѣла совершенно отрицать эту надобность.

-- Да, не худо приготовить ее на всякій случай; конечно, не пугая ея черезчуръ.

-- Меня это убьетъ, сказала мистриссъ Грантли,-- но я думаю, что она найдетъ силу вынести этотъ ударъ.

На слѣдующее утро, мистриссъ Грантли съ крайнею осторожностію принялась приготавливать дочь. Долго она не рѣшалась высказать свою мысль, но наконецъ намекнула Гризельдѣ о возможности,-- конечно, самой отдаленной возможности,-- что планы ихъ могутъ еще какъ-нибудь не состоятся.

-- Вы думаете, мама, что свадьба будетъ отложена?

-- Я этого не думаю, Боже упаси! я только говорю, что все можетъ случиться. Конечно, мнѣ бы не слѣдовало говорить тебѣ объ этомъ, но я такъ увѣрена въ твоемъ благоразуміи! Отецъ твой уѣхалъ въ Лондонъ, и скоро обо всемъ напишетъ намъ.

-- Въ такомъ случаѣ, мама, не пріостановить ли намъ мѣтку бѣлья?