Итак, Иисус в истинном пророческом стиле решительно выступил против центральных израильских институтов и символов. Не потому, что они по природе своей плохи: он считал, что они используются современниками неверно, как поддержка ошибочного понимания еврейского мировоззрения. Подобно кумранитам, Иисус действовал радикально. Он желал вернуть Израиль к истинному смыслу этих традиций. Как я вскоре покажу, позитивные символы Иисусова служения, вопреки предположениям некоторых современных авторов, не означали попытку установить нееврейский образ жизни, отличный от «иудаизма». Иисус звал не к отказу от основ еврейского мировоззрения, а к принятию иной вариации этого мировоззрения. Его символы носили глубоко еврейский характер. Они были знамениями великого Обновления, на которое уповал Израиль.

Как мы уже отмечали, Иисусов пересказ израильского Рассказа пронизывала убежденность в том, что подлинное возвращение из плена и подлинное возвращение ГОСПОДА на Сион осуществляются в его служении и через его служение. Эту тему подчеркивают и проясняют основные символы его служения. Как часто бывает с мировоззренческими символами, они тесно сопряжены с деятельностью (praxis) и рассказом (story), а потому на них можно остановиться кратко в свете глав 5–8[1536]. Они формируют кумулятивную последовательность. В израильской надежде все строилось вокруг земли, семьи, Торы и Храма. Иисус совершенно перевернул стереотипный подход к этим вещам и предложил новые и позитивные альтернативы.