Мистеръ Фенвикъ ходилъ на мельницу въ субботу. Слѣдующее воскресенье прошло очень тихо. Джильмора не видали въ приходскомъ домѣ. Онъ былъ въ церкви и провожалъ дамъ до воротъ сада, но отказался отъ приглашенія мистрисъ Фенвикъ позавтракать съ ними, и больше въ этотъ день не показывался. Священникъ послалъ сказать Фанни Бретль, во время службы, чтобъ она подождала его нѣсколько минутъ, и узналъ отъ нея что Семъ не ночевалъ дома. Онъ узналъ также предъ службой что въ субботу, очень рано, часа въ четыре утра, два человѣка проѣхали въ телѣгѣ черезъ Гинтопъ. Гиптонъ было большое селеніе въ шести миляхъ отъ Булгамптона, на полдорогѣ къ Левингтону, куда Семъ отправился, какъ говорилъ сестрѣ. Сопоставивъ эти извѣстія, мистеръ Фенвикъ пришелъ къ убѣжденію что проѣхавшіе въ телѣгѣ были именно люди которыхъ молодой Бретль провелъ въ его садъ.

-- Надѣюсь, разсуждалъ настоятель,-- что въ Левингтонѣ есть хорошій врачъ. Одному изъ этихъ господъ, должно-быть, нужно пособіе.

Затѣмъ ему пришло въ голову что пожалуй не лишнее было бы сходить на недѣлѣ въ Левингтонъ и навести справки.

Въ среду Мери Лоутеръ собиралась ѣхать въ Лорингъ. И викарію, и женѣ его казалось что домъ ихъ опустѣетъ съ ея отъѣздомъ. Фенвикъ рѣшилъ что Мери будетъ его ближайшею сосѣдкой на всю жизнь, и обращался съ ней по-сосѣдски, говорилъ съ ней о приходскихъ дѣлахъ, какъ говорилъ бы съ женой эсквайра, еслибы жена эсквайра была съ нимъ въ самыхъ лучшихъ отношеніяхъ. Онъ теперь смотрѣлъ на Мери почти какъ на обманщицу. Она обошла его, вкралась въ его довѣріе подъ лживымъ предлогомъ. Правда, она можетъ еще вернуться и занять мѣсто которое онъ ей предназначилъ. Онъ почти увѣренъ былъ что этимъ кончится. Но онъ сердился на нее за то что она колеблется. Она производитъ только ненужныя хлопоты. Довольно долго ухаживали за ней, она просто дурачится. Такъ не разъ говорилъ Фенвикъ женѣ. Мистрисъ Фенвикъ была не такъ строга въ своихъ сужденіяхъ, но тоже нѣсколько сердилась. Она любила Мери гораздо больше чѣмъ Джильмора, но убѣждена была что всего лучше для Мери принять предложеніе человѣка который, какъ она сознавалась, нравится ей; нравится по крайней мѣрѣ на столько что она еще не отказала ему. Поэтому, хотя Мери уѣзжала, и мужъ и жена обращались съ ней нѣсколько рѣзко.

Понедѣльникъ также прошелъ очень тихо. Джильморъ не приходилъ, но прислалъ сказать что зайдетъ во вторникъ проститься съ миссъ Лоутеръ. Рано въ среду мистеръ Фенвикъ долженъ былъ отвезти ее въ Вестбери, откуда она поѣдетъ по желѣзной дорогѣ чрезъ Чиппенгамъ и Свиндонъ въ Лорингъ. Во вторникъ утромъ она была очень грустна. Она знала что ѣхать необходимо, но очень сожалѣла объ этой необходимости. Она была не довольна собою. Еслибы Джильморъ въ эту минуту опять сдѣлалъ ей предложеніе, она, конечно, не приняла бы его, но она сердилась на себя за это, "Право, говорила она себѣ, я сомнѣваюсь что когда-нибудь полюблю мущину больше чѣмъ его." Она очень хорошо знала что если не полюбитъ мущину, не должна и выходить замужъ; но ей приходило въ голову: ужь не правду ли говоритъ Жанета что у нея ложныя понятія о любви, какую надо чувствовать къ человѣку котораго изберешь. Можетъ-быть дѣйствительно такое обожаніе, съ какимъ Жанета смотритъ на мужа, приходитъ лишь послѣ брака; можетъ-быть это чувство пробудится и въ ея сердцѣ, когда она будетъ женою этого человѣка, хозяйкой его дома, матерью его дѣтей, главнымъ, если не единственнымъ, предметомъ его заботливости. И этотъ человѣкъ любитъ ее. Въ этомъ она не сомнѣвалась. Недовольна она была собою и за то что оскорбила друзей своихъ, показавъ, какъ они думали, неумѣстную холодность ихъ другу.

-- Жанета, сказала она, когда онѣ опять сидѣли вдвоемъ на лужайкѣ, во вторникъ подъ вечеръ,-- я очень жалѣю что пріѣхала къ вамъ.

-- Не говорите этого, душа моя.

-- Я здѣсь провела одни изъ пріятнѣйшихъ дней моей жизни, но пріѣздъ этотъ вообще былъ несчастный. Я уѣзжаю какъ виноватая. Я это очень живо чувствую.

-- Что за пустяки! Въ чемъ же вы виноваты?

-- Вы съ мистеромъ Фенвикомъ думаете что я поступила не хорошо. Я знаю. Я такъ уважаю его, считаю его такимъ добрымъ и умнымъ, и опытнымъ, онъ такъ хорошо знаетъ какъ надо поступать, что я невольно нахожу себя виноватою, если онъ винитъ меня.

-- Онъ только желалъ чтобы вы рѣшились выйти за человѣка вполнѣ достойнаго, съ которымъ онъ друженъ, и поселились бы подлѣ насъ. Онъ и теперь этого желаетъ такъ же какъ и я.

-- Но онъ думаетъ что я ломалась и жеманилась, и.... и почти обманывала. Я это слышу въ звукѣ его голоса, вижу по глазамъ его. Я замѣчаю это по тому какъ жметъ онъ мнѣ руку утромъ. Онъ такой прямой человѣкъ что я всегда тотчасъ же узнаю что у него на умѣ. Я уѣзжаю заслуживъ его немилость, и жалѣю что пріѣхала.

-- Вернитесь какъ мистрисъ Джильморъ, и немилость его пройдетъ.

-- Да, тогда онъ простилъ бы меня. Онъ сказалъ бы себѣ что я раскаиваюсь и что, слѣдовательно, меня снова можно принять въ милость. Но теперь онъ осуждаетъ меня, и вы тоже.

-- Сказать вамъ правду, Мери, я думаю, вы сами не знаете чего хотите.

-- Положимъ и такъ, что жь тутъ преступнаго?

-- Но въ извѣстномъ возрастѣ дѣвушка должна знать чего хочетъ. Вы причиняете этому бѣдняку множество ненужныхъ тревогъ и заботъ.

-- Я знала до нѣкоторой степени чего хочу, если сказала ему что не могу быть его женой.

-- Сколько мнѣ извѣстно, Мери, вы всегда требовали чтобъ онъ подождалъ.

-- Никогда я этого не требовала, Жанета, никогда! Онъ самъ говоритъ что хочетъ ждать. Что жь могу я отвѣчать ему? Впрочемъ, я не намѣрена оправдываться. Я дѣйствительно думаю что поступала не такъ, какъ слѣдуетъ, и жалѣю что пріѣхала сюда. Неучтиво это говорить, но оно такъ. Ужасно заслужить неудовольствіе людей которыхъ такъ любишь, какъ я васъ люблю.

-- Никакого неудовольствія нѣтъ, Мери. Слово это слишкомъ сильно. Какъ-то будете вы смотрѣть на все это современемъ, когда приходскій священникъ съ женою будутъ приходить по воскресеньямъ обѣдать къ супругѣ эсквайра? Я давно уже рѣшила что послѣ вечерней службы надо намъ будетъ ходить въ Вязники, и что тамъ должны насъ всячески ублажать; а вы откладываете все это до тѣхъ поръ пока я состарѣюсь. Я сержусь за то что вы лишаете насъ нашихъ воскресныхъ обѣдовъ. Флора, душа моя, какое лицо у тебя! Поди, посиди здѣсь смирно нѣсколько минутъ, а то будешь больна.

Пока мистрисъ Фенвикъ отирала лобъ дочери и приглаживала ея кудри, Мери ушла одна во фруктовый садъ. Кругомъ его обведена была широкая дорожка. Мери дважды обошла по ней садъ и остановилась у рѣки взглянуть на то мѣсто гдѣ свалилась въ воду. Сколько хлопотъ она всѣмъ имъ надѣлала! Она была рѣшительно недовольна собой, за то особенно что впала именно въ тѣ затрудненія которыхъ съ первой молодости положила избѣгать. Она рѣшала что не будетъ позволять ухаживать за собою, что не дастъ ни мущинѣ, ни женщинѣ права называть ее кокеткой, что если любовь и мужъ встрѣтятся, такъ она приметъ ихъ съ благодарностью, а если не встрѣтятся, такъ пойдетъ дальше своимъ путемъ, спокойно, не жалѣя, если возможно, о томъ что не достались ей радости семейной жизни, и во всякомъ случаѣ не обнаруживая сожалѣнія. А теперь она запуталась, и нельзя сказать даже что не по своей винѣ.

Затѣмъ она рѣшила что впередъ не будетъ уже сбиваться съ пути истиннаго. Не можетъ быть чтобы женщина не могла уберечься отъ этихъ путъ ухаживанья съ одной стороны и сомнѣнія съ другой, если только она будетъ твердо держаться какого-нибудь надежнаго правила. Слѣдовало сразу, не колеблясь и напрямикъ отказать Джильмору. Теперь это стало ей ясно. Нелѣпость, ради искренности человѣка держать его въ неизвѣстности и ожиданіи, для его же пользы. Нелѣпость и великое самолюбіе. Теперь дѣлать нечего какъ только ждать покуда получится отъ него извѣстіе, и тогда отвѣтить ему твердо. Послѣ всего что было, нельзя ей пойти къ нему и сказать что теперь все кончено. Онъ придетъ сегодня вечеромъ и навѣрное не скажетъ ей ни слова объ этомъ. А если заговоритъ, если повторитъ свое предложеніе, тогда она выскажется. Однако это весьма невѣроятно, и слѣдовательно созданная ею путаница останется до времени не распутанною.

Такъ разсуждая, она облокотилась на заборъ и глядѣла на кладбище: не любовалась она гробницами и памятниками, и старою, плющомъ обвитою башней, не думала о лежащихъ здѣсь покойникахъ и о живыхъ, приходящихъ сюда на молитву, а клялась себѣ что впередъ всю жизнь будетъ держаться далеко отъ дѣвичьихъ проказъ, какъ выражалась она. Какъ и другія дѣвицы, она читала много романовъ и стиховъ, но никогда не сочувствовала героинямъ которыя не сохраняли серіозности въ любви отъ начала до конца, а позволяли себѣ уклоненія отъ прямаго пути и легкомысленную шаловливость. Изъ всѣхъ героинь болѣе всего нравилась ей Розалинда, потому что, съ перваго пробужденія въ ней чувства, она знала очень хорошо чего хочетъ, и отъ души любила своего суженаго. Розалинду называла она лучшею изъ всѣхъ дѣвушекъ описанныхъ въ прозѣ или поэзіи. Ей по-сердцу пришелся человѣкъ, и нѣтъ въ ней ни сомнѣній, ни колебаній. Но Флора Макъ-Иворъ возмутительна: дѣвушка которая дѣлаетъ шагъ впередъ и тотчасъ же отступаетъ назадъ, и хочетъ и не хочетъ, и можетъ и не можетъ, это, казалось ей, худшая изъ кокетокъ.

Пока она бранила себя, сравнивая съ Флорой, только безъ поэзіи и романтической обстановки, мистеръ Фенвикъ появился изъ-за церкви со стороны фермы Тромбула и вошелъ на кладбище черезъ калитку.

-- Что это вы, Мери, такъ пристально смотрите на мѣсто гдѣ покоятся ваши отшедшіе братья?

-- Я не объ нихъ думала, отвѣчала она съ улыбкой.-- Мысли мои заняты были еще живущими братьями моими.

Вдругъ ей какъ будто что-то пришло въ голову, и она внезапно рѣшилась.

-- Мистеръ Фенвикъ, сказала она,-- вы не откажетесь пройтись со мной раза два по кладбищу? Мнѣ нужно кое-что сказать вамъ.

Онъ отворилъ ей ворота, она подошла къ нему.

-- Я хочу попросить у васъ прощенія и оправдаться въ вашихъ глазахъ. Я знаю что вы на меня сердились.

-- Не сердился, а досадовалъ. Но вы такъ искренно и мило извиняетесь что не могу не простить васъ. Вотъ вамъ моя рука. Всѣ дурныя мысли я выброшу изъ головы. Желанія мои все-таки останутся при мнѣ, но я не буду дуться на васъ.

-- Вы такъ добры, такъ глубоко благородны. Право, Жанета кажется мнѣ счастливѣйшею женщиной въ свѣтѣ.

-- Полноте, полноте, я пришелъ къ вамъ сюда не для того чтобы слушать такія любезности.

-- Да вѣдь это такъ. Впрочемъ, и я не съ тѣмъ васъ остановила, а для того чтобы сознаться въ моей винѣ и просить у васъ прощенія.

-- Прощаю отъ души. Если было въ чемъ несогласіе между нами, оно будетъ забыто. Да только въ одномъ и были мы несогласны.

-- И вотъ еще что, мистеръ Фенвикъ. Сдѣлайте вы это для меня. Скажите ему что я не подумавъ согласилась чтобъ онъ ждалъ. Зачѣмъ ему ждать? Конечно, ждать ему не слѣдуетъ. Когда я уѣду, скажите ему такъ, и попросите оставить все это. Я не подумала хорошенько, иначе я не дала бы ему мучить себя.

Послѣдовало молчаніе. Они шли рядомъ по дорожкѣ.

-- Нѣтъ, Мери, заговорилъ онъ немного спустя,-- я не скажу ему этого.

-- Почему же, мистеръ Фенвикъ?

-- Потому что отъ такого рѣшенія не будетъ добра ни ему, ни мнѣ, ни Жанетѣ, ни вамъ самимъ наконецъ.

-- Право, добро будетъ всѣмъ намъ.

-- Мнѣ кажется, Мери, вы не совсѣмъ такъ понимаете. Здѣсь нѣтъ никого кто бы не желалъ чтобъ вы поселились посреди насъ, сдѣлались бы настоящею булгамптонскою обывательницей. Я желаю чтобы вы стали женой моего лучшаго друга и моею ближайшею сосѣдкой. Нѣтъ на свѣтѣ мущины котораго я любилъ бы больше чѣмъ Гарри Джильмора, и я хочу чтобъ вы вышли за него замужъ. Я и себѣ, и Жанетѣ двадцать разъ говорилъ что такъ и будетъ рано или поздно. Я разсердился не за то что вы велѣли ему ждать, а за холодность вашу, что вы не рѣшились взять его сразу. Надо помнить что мы сѣдѣемъ очень скоро, Мери.

Вотъ опять та же старая пѣсня которую уже слыхала она отъ Гарри Джильмора, но не ожидала услышать отъ Франка Фенвика. Рѣчь клонилась къ тому что и онъ совѣтуетъ ей подождать, испытать себя. Но она уже рѣшилась и не намѣрена была отступить отъ своего рѣшенія даже по совѣту Франка Фенвика.

-- Я думала, вы мнѣ поможете, сказала она очень тихо.

-- Я радъ помочь вамъ сдѣлаться хозяйкой Вязниковъ, но пальцемъ не пошевелю чтобы воспрепятствовать этому. Такъ этому быть, Мери. Онъ такъ искрененъ, такъ честенъ, такъ достоинъ счастья, котораго добивается, что не можетъ не достигнуть своей цѣли. Войдемте въ домъ. Помните же, мы съ вами опять живемъ душа въ душу, что бы тамъ ни было. Признаюсь, я досадовалъ на васъ послѣдніе дни, я былъ не въ такомъ настроеніи въ какомъ слѣдуетъ проститься съ вами предъ отъѣздомъ. Я оставляю все это. Мы съ вами опять друзья, не такъ ли?

-- Надѣюсь что такъ, мистеръ Фенвикъ.

-- Не будетъ между нами недомолвокъ. Но дѣйствовать такъ чтобы разлучить васъ съ Джильморомъ я положительно отказываюсь. Я твердо увѣренъ что рано или поздно онъ будетъ вашимъ мужемъ. Теперь пойдемте къ Жанетѣ, а то она начнетъ считать себя покинутою Пенелопой.

Вслѣдъ за тѣмъ Мери тотчасъ же отправилась на верхъ одѣваться къ обѣду. "Не уступить ли? Не надѣть ли голубыя ленты которыя ему такъ нравятся?" Ей казалось что она была бы въ состояніи прямо сказать ему, еслибы рѣшилась уступить. Оно, правда, не совсѣмъ женственно, но все лучше чѣмъ мучить его. Она вынула голубыя ленты и стала пробовать какъ она ему скажетъ. Нѣтъ! Невозможно! Если она это сдѣлаетъ, такъ не будетъ для нея счастья въ этой жизни, да пожалуй и въ будущей. Поступить такъ значило бы солгать ему.

Она сошла внизъ въ простомъ бѣломъ платьѣ, безъ всякихъ лентъ, точь-въ-точь такъ, какъ одѣлась бы еслибы не ждала Джильмора. За обѣдомъ всѣ были очень веселы. Франкъ повелѣлъ чтобы Мери даровано было прощеніе, и Жанета, конечно, повиновалась. Условія общественной жизни требуютъ отъ хозяина къ гостю и отъ гостя къ хозяину любезности, доходящей чуть не до лести, и какъ часто однако посреди этихъ любезностей какъ будто слышится ненависть, насмѣшка, презрѣніе. Какъ часто гость понимаетъ что его не любятъ, а хозяинъ -- что онъ наводитъ скуку. Въ послѣдніе два дня Мери чувствовала что присутствіе ея не вполнѣ пріятно хозяевамъ и знала что причина ихъ неудовольствія такая которой нельзя устранить. Теперь все это кончилось: Франкъ Фенвикъ обращался съ нею какъ нельзя болѣе ласково, и Жанета слѣдовала примѣру своего повелителя.

Они опять сидѣли на лужайкѣ въ девятомъ часу, когда подошелъ къ нимъ Гарри Джильморъ. Онъ довольно любезно раскланялся съ Мери Лоутеръ, но посторонній человѣкъ никакъ не подумалъ бы что онъ влюбленъ въ нее. Онъ говорилъ больше съ Фенвикомъ и за чаемъ не сѣлъ на диванъ подлѣ Мери. Скоро однако чувство его высказалось въ нѣсколькихъ словахъ.

-- Какъ вы думаете что я дѣлалъ сегодня, Франкъ?

-- Полагаю, убирали хлѣбъ.

-- Уборку мы начинаемъ завтра. Я не люблю быть ни первымъ, ни послѣднимъ въ этомъ дѣлѣ.

-- Лучше начать раньше днемъ чѣмъ днемъ опоздать, Гарри.

-- Оставимъ это. Я ходилъ къ старому Бретлю.

-- Зачѣмъ?

-- Почти стыдно сказать; а дѣло, однако, кажется, не дурное.

При этихъ словахъ онъ взглянулъ черезъ столъ на Мери Лоутеръ, которая, безъ сомнѣнія, слѣдила непримѣтно за каждымъ движеніемъ его лица.

-- Я заходилъ сказать ему что намѣренъ починить мельницу.

-- Это по вашему желанію, Мери, неблагоразумно сказала мистрисъ Фенвикъ.

-- О, нисколько! Мистеръ Джильморъ поступилъ такъ, я увѣрена, лишь потому что самъ считалъ нужнымъ.

-- Не знаю насколько оно нужно, сказалъ онъ.-- Можетъ-быть, оно и не нужно бы. Эта трата не доставитъ мнѣ никакого дохода.

-- Нельзя думать только о доходѣ, сказала мистрисъ Фенвикъ.

-- Однако, когда строишь дома для людей постороннихъ, объ этомъ подумать не мѣшаетъ, замѣтилъ настоятель.

-- Говорятъ, эта мельница самое живописное мѣсто во всемъ приходѣ, продолжалъ Джильморъ,-- и что поэтому надо ее поддерживать.

Въ послѣдствіи Жанета замѣтила мужу что Мери Лоутеръ положительно называла мельницу самымъ живописнымъ мѣстомъ въ приходѣ, но что кромѣ нея, сколько извѣстно, никто не выражалъ такого мнѣнія.

-- А сверхъ того, когда я отказывался произвести починки, у Бретля были свои деньги, такъ и можно было требовать чтобъ онъ самъ починилъ мельницу.

-- Теперь у него, должно-быть, денегъ немного.

-- Кажется. Семейство ввело его въ большіе расходы. Онъ двухъ сыновей помѣстилъ въ торговое дѣло, и они вскорѣ умерли. И потомъ у него постоянно были въ домѣ то доктора, то похороны. Такъ я зашелъ сказать ему что сдѣлаю починки отъ себя.

-- Что же онъ?

-- Чего же ждать отъ такого медвѣдя? Онъ и говорить со мной не сталъ, а ушелъ на мельницу, сказавъ только что я могу уговориться обо всемъ съ его женой. Однако я откладывать не буду. На будущей недѣлѣ мнѣ сдѣлаютъ смѣту. Стоить оно будетъ, я думаю, фунтовъ двѣсти или триста. Мельница, кажется, обветшала больше дома.

-- Я такъ этому рада, сказала Мери.

Послѣ этого Джильморъ нисколько уже не жалѣлъ о своихъ двухъ, трехъ стахъ фунтахъ. Онъ, однако, ни слова не сказалъ Мери; только пожалъ ей руку на прощанье и оставилъ въ ней сознаніе что, можетъ-быть, она и передумаетъ къ концу назначеннаго срока. На слѣдующее утро мистеръ Фенвикъ отвезъ ее въ своемъ маленькомъ открытомъ фаетонѣ на станцію Вестбери.

-- Мы съ вами не прощаемся, сказала мистрисъ Фенвикъ.-- Помните, съ какимъ нетерпѣніемъ жду я воскресныхъ обѣдовъ.

Мери ни слова не отвѣтила, но проѣзжая мимо церкви, она взглянула на старую колокольню и сказала себѣ что, вѣроятно, никогда уже болѣе ея не увидитъ.

-- Скажу вамъ только одно, Мери, говорилъ настоятель, прохаживаясь съ ней по платформѣ въ Вестбери.-- Не забудьте что, какъ бы ни повернулись обстоятельства, у васъ есть домъ въ Булгамптонѣ, гдѣ всегда будутъ ради вамъ. Я теперь говорю не о Вязникахъ, а о нашемъ домѣ.

-- Какъ добры вы ко мнѣ!

-- Вѣдь и вы добры къ намъ. Друзья должны быть добры другъ къ другу. Благослови васъ Богъ, моя милая.

Оттуда она одна поѣхала домой въ Лорингъ.