Кому в нашем крае не знакомо имя приснопамятного митрополита Питирима! Он настолько вошел в нашу жизнь, что стал почти что символом, олицетворением нашего города, с его дивными храмами, монастырями, колокольнями. Смело можно сказать, что ни одно доброе начинание не обходилось без благословения Владыки, а часто и без его личного участия. В конце 80-х годов мы стали часто видеть архипастыря в организациях, школах, на городских улицах, одаривающего нас своим приветствием и благословением. Он с радостью откликался на просьбы, стараясь вникать во все проблемы, помогая устранять их, воодушевляя всех, кто находился рядом.

Для меня Владыка Питирим – это путь в Православие. До общения с ним я просто любила храмовую архитектуру, живопись, церковные песнопения, колокольные звоны. Но, к моему стыду, совершенно не знала учения Православной Церкви, в которой была крещена в детстве.

Наше знакомство состоялось в 1989 году, когда возникла идея проведения праздника, посвященного воинам-«афганцам». Опыта такого рода мероприятий у нас еще не было, а хотелось устроить что-то очень торжественное и в то же время душевное. Опасались мы и того, как бы после торжественной части мероприятия наши «афганцы» не загуляли и благое деяние не обернулось бы конфузом.

Я решила обратиться к Владыке и пригласить его на праздник, сценарий которого еще только вынашивался. Узнала, что в Теряевской школе Владыка Питирим проводит какую-то межрайонную конференцию. И вот я уже в числе ее участников. По окончании, не зная церковного этикета, обратилась к митрополиту по имени и отчеству, сбивчиво изложив свое дело. Известный архипастырь не только сам не смутился, но и меня не смутил моей невежественностью и, терпеливо выслушав и полностью поддержав идею празднования, предложил помощь.

Так началось наше сотрудничество. Владыка приезжал на заседания оргкомитета, подавал интересные идеи. Он познакомил меня с протоиереемНиколаем Поповым, который и стал нашим главным помощником, а на самом-то деле – наставником, путеводителем и духовным отцом. И вот, вдохновленный пастырями Церкви, наш праздник принял, в общем-то, православное направление.

Во время манифестации все, затаив дыхание, слушали выступление Владыки, и радостно было от такого единения, от теплых, согревающих душу слов, от церковных песнопений, которые исполнял приглашенный Владыкой хор Издательского отдела Московского Патриархата. Казалось, весь город пришел тогда на площадь к Вечному огню, а потом огромными колоннами, заполнив проезжую часть, двинулся к парку, где на берегу водоема, на высокой горе с видами на Волоколамский кремль ицерковьв честь Рождества Пресвятой Богородицы на Возмище, была посажена аллея Памяти павшим «афганцам» и установлен памятный камень.

Смело могу сказать, что это был единый порыв христианской любви друг к другу, к погибшим друзьям, к своей родной земле, к Родине. Каждый, наверное, почувствовал себя патриотом. Да так оно и было, ибо патриот – это тот, кто любит свое Отечество, кто за други своя готов живот положить. Не стеснялись слез – ведь они, смешанные со святой водой, которой окроплял нас всех Владыка, были благодатными и желанными, ибо пробуждалась душа, омывалась от многолетней неправды и инстинктивно рвалась к Свету и Истине.

Если бы на этом всё и закончилось, то, наверное, растревоженная душа не одного «афганца» нашла бы «успокоение» в рюмке. Но уже звучал колокольный благовест в храме в честь Рождества Пресвятой Богородицы, приглашающем под свои белоснежные своды. Владыка всех повел в храм.

И вот открылись двери храма – для многих впервые (и для меня тоже). Отец Николай уже ждал. Началась панихида по убиенным воинам. Старинный храм озарился от множества свечей, полилась молитва к Богу и уже, кажется, не было слез, ибо пришло понимание, прощение, принятие воли Божией.

А потом ребят пригласили на трапезу в воскресную школу, где, по традиции Православной Церкви, поминали усопших.

До конца насыщенного событиями дня Владыка не покидал нас. Словно любящий отец, он выслушивал, беседовал, наставлял и благословлял, благословлял бесконечно. Вот так благодатно, покойно, мирно закончился тот памятный день.

Я помню, что с того дня в моем сердце появилось какое-то новое ощущение. Возможно, начинал пробиваться к жизни тот росток, семя которого было брошено еще в момент крещения. Двери храма после панихиды закрылись, но сердце осталось там. Надеюсь, молитвами нашего дорогого Владыки – навсегда.

Позднее мне приходилось проводить много мероприятий, в которых Владыка Питирим принимал участие. Необыкновенно благодарным и чутким зрителем и слушателем был наш Владыка. Всегда благодарил за понравившиеся ему постановки, брал на память сценарии, дарил подарки, интересовался семейными делами, делал наставления, благословлял, предлагал помощь.

Но все-таки именно тогда, в 1989-м, по великой милости Божией, было положено начало возрождению храма в моей душе. Я с благодарностью возвращаюсь мысленно в то время и не перестаю удивляться премудрому Промыслу Божию, желающему всем спасения и посылающему таких дивных светильников, каковым был Владыка Питирим. Скольким людям озарил путь этот неутомимый, мудрый и заботливый архипастырь!

И я верю, что Господь принял Своего служителя в селениях праведных. Нам же остались как образец, как назидание – его христианская жизнь и праведная кончина, его живое слово, полное веры, надежды и любви.

* * *

«Подвиг для меня священен», – говорил Владыка Питирим. Подвиг он глубоко чтил. Ежегодно в День Победы 9 мая и в годовщину освобождения Волоколамска – 19 декабря (город был освобожден в праздник святителя Николая) митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим с духовенством Волоколамского благочиния, сотрудниками Издательского отдела, гостями и множеством народа возлагал венок к подножию мемориала героям-панфиловцам в Дубосекове, где солдаты дивизии генерала Ивана Васильевича Панфилова защищали подступы к Москве. На этом рубеже было сосредоточено свыше 80 танков, два полка пехоты, шесть минометных и четыре артиллерийских батареи, многочисленные группы автоматчиков и мотоциклистов.

Венок возлагали также на могилу панфиловцев в селе Нелидове. Зимой шли, невзирая на мороз, вьюгу, бездорожье, порой по колено в снегу.

Духовенство служило панихиду по воинам, «жизнь свою за Отечество положившим». На 9 мая Владыка обычно привозил хор студентов Московских Духовных академии и семинарии и хор Издательского отдела.

Вот как говорил Владыка о начале своего служения в сане епископа Волоколамского в 1963 году:

«С чего мне было начать? Идти представляться районному начальству? Я рассудил, что мы с ним в разных «весовых категориях». Мы, конечно, обменялись телефонными звонками, а потом я направился прямо на Панфиловский боевой рубеж. Сорвал по дороге полевых цветов, положил на братскую могилу, прочитал молитву. На следующий год пошел туда уже с моими ассистентами, мальчиками-семинаристами, и сотрудниками Издательского отдела, потом и с народом туда отправились, совершили торжественную службу, а потом уже пошли контакты с вооруженными силами. А началось всё с полевого цветка на разъезде Дубосеково».24

Война оставила на Волоколамской земле 136 братских могил. Но не все останки воинов были собраны и погребены. И вот 9 мая 1991 года в Волоколамске митрополит Питирим совершил отпевание и погребение воинов, защищавших Волоколамские рубежи. Сорок семь гробов было наполнено их останками...

Как-то в Издательский отдел к Владыке пришла семейная пара пенсионеров. Они ездили под Ржев и на место битвы, собирали непогребенные останки воинов, на свои пенсионные крохи покупали гробы и производили захоронения. Истратив все свои деньги, они пришли к Владыке за помощью. Владыка откликнулся. Дал им денег.

Л. Овда, деревня Кашино