Я познакомился с Владыкой Питиримом в те времена, когда наша страна еще переживала гнет атеизма. Однажды в моей мастерской раздался звонок из Издательского отдела, и Владыка Питирим попросил меня приехать и помочь в подготовке альбома, посвященного Троице-Сергиевой Лавре. Первое, что меня поразило в Издательском отделе, это царивший там фантастический порядок. Я был совершенно потрясен этим после привычной обшарпанности советских учреждений. Я знал Владыку Питирима, бывал на службах у него в храме, но вот эти три часа, которые мы с ним провели, запомнились мне на всю жизнь. Я встретил человека, знающего, для чего он делает свое дело.

Поэтому, когда по инициативе Раисы Горбачевой в 1986 году создавался Советский фонд культуры и в его президиум вошел Владыка Питирим, для меня это была очень большая радость. И все пять лет нашей совместной работы в Фонде были для меня радостью. В состав тогдашнего Президиума Фонда вошли люди, чьи имена были хорошо известны в литературе, искусстве, науке и политике. Без двух истинных руководителей Фонда деятельность его немыслимо сегодня представить. Георгий Васильевич Мясников, человек абсолютной честности, принципиальный и ответственный, взвалил на свои плечи повседневные тяготы жизнеобеспечения отнюдь не простого движущего механизма фонда. Духовное же окормление молодой общественной организации исходило от Владыки Питирима.

Сам его облик, сразу выдававший человека истинной и глубокой веры, придавал каждому собранию Президиума характер торжественности и значительности. Владыка имел свое мнение по наиболее важным вопросам и никогда не допускал поверхностных суждений, горячо откликаясь на любую просьбу о помощи. Он четко знал, чем он может быть полезен в работе Фонда. И Фонд тогда действительно смог воплотить в жизнь немало благих дел во имя сохранения историко-культурного наследия Отечества, там были замечательные сотрудники. Обстановка, как и во многих учреждениях, была непростой, но Владыка умел во всех спорных вопросах приходить к спокойному, взвешенному решению.

Я помню нашу поездку в Ленинград на международную конференцию Фонда культуры. Мы провели эти пять дней бок о бок, и каждое утро, выходя из своего номера и подходя к Владыке под благословение, я чувствовал, что день будет хорошим. Однажды я оторопел, увидев его в гражданском костюме. Идеально сидящая на Владыке тройка, изящный платок, живописно выглядывающий из кармана, невольно заставили меня остановиться в раздумье об уместности благословения в данной ситуации. «Нет, нет, дорогой Савва Васильевич, у меня нынче запланирован визит в театр, а посему и такое облачение. Благословляю вас мысленно». Он обладал потрясающим чувством юмора, но при этом никогда не допускал панибратства. Он всегда был Владыкой и всегда был простым человеком, другом. Общение с ним заряжало меня такой могучей энергией и возвышенным настроением, что всякое уныние и мелкие заботы улетучивались бесследно. Жизнь так распорядилась, что несколько лет своей жизни я провел с одним из выдающихся деятелей Русской Церкви архимандритом Алипием, настоятелем Псково-Печерского монастыря. Мы очень много с ним работали. И однажды я спросил Владыку, не говорили ли ему, что он очень похож на отца архимандрита. Он ответил: «Знаю-знаю, на вашего батюшку. А Вы знаете, какая у нас с ним разница? У него добрые глаза». – «А почему же у вас-то не добрые?» – «Потому что он в монастыре, а я вот в президиуме».

В последний год своей жизни Владыка служил в Храме Христа Спасителя, и мы с моей дочкой, вернувшись из церкви Святителя Николая в Кленниках, еще застали конец праздничного богослужения, которое транслировалось по телевизору. И когда в алтаре Владыка, обратившись к одному из священников, вдруг улыбнулся, дочка мне сказала: «Папа, экран стал голубым от его улыбки». Это была улыбка ребенка. Я потом ему позвонил и сказал об этом, а он мне ответил: «Это счастье, если мы с вами умрем детьми. Главное, Савва, сохранить в душе детскую чистоту».

Когда я вспоминаю те незабвенные годы, то прежде всего вижу строгое и одновременно приветливое лицо Владыки Питирима, его по-детски искрящиеся глаза и неповторимую улыбку, поддерживающую в собеседнике дух доброты и смирения. Навсегда останутся с нами уроки и напутствия, преподанные нам истинным проповедником Православия, высокой культуры и человечности.

Савелий Ямщиков, искусствовед-реставратор, заслуженный деятель искусств России, академик РАЕН