Из характера Иоаннова Евангелия, как «духовного» открывается и цель его. Древние и новые исследователи конечно имеют некоторое основание, когда ищут цели написания Евангелия от Иоанна – то в пополнении первых Евангелий, то в полемике против лжеучителей. Оно в самом деле с одной стороны восполняет новыми сказаниями три первые Евангелия и относительно отдельных повествований, и относительно духовного характера, как об этом свидетельствуют писатели Церкви334, с другой – имеет действительно характер догматико-полемический во 1-х в отношении к ложным направлениям вообще, во 2-х иногда в частности в отношении к гностикам и именно керинфианам335, евионитам336, ученикам Иоанна Крестителя и к иудеям вообще337, и к другим ложным направлениям. Впрочем положительная и полная евангельская истина всегда уже сама по себе338решительно отвергает все ложные учения, и если Иоанн тайну вочеловечения Бога-Слова излагает положительно, то все различные лжеучения разбиваются об это. Но обе эти особенности, восполняющая и полемическая, могут быть представляемы целью Иоанна лишь настолько, насколько обе сами собою вытекают из личных особенностей и отношений самого Иоанна. Ибо из этого только объясняется его великое Евангелие, которое предназначено самим Апостолом вести к простой и апостольски-высокой цели (Иоан. 20, 30:31)339, каковая цель и достигается сама собою и вполне340.

Что Иоанн при этом имел ввиду особенно читателей греческого происхождения, это открывается из объяснений и вообще прибавок, какие он делает к еврейским словам и описанию иудейских обычаев (напр. Иоан. 1, 38. 42; 4, 9; 5, 28 и др.), точно также и из того, что об иудеях в Евангелии от Иоанна говорится иногда в третьем лице (гл. 2, 13; 5, 1; 7, 2; 15, 25 и т. д.)341. Но при этом никак нельзя думать, чтобы Иоанн обращался исключительно к какому-либо определенному классу читателей342пред очами его предносилось все великое общество христианское (ср. Иоан. 10:16), общество уже тогда, по разрушении Иерусалима, соединившееся в одно великое целое343.