«По иноческому житию, пишет Созомен, весьма знаменит был Епифаний и у палестинцев, и у египтян, и у киприотов, у которых и избран был править епископией в главном городе всего острова»886. Местом рождения Епифаниева был Палестинский Елевферопольский округ, – родители его иудеи887. По смерти отца, ученый иудей взял его к себе для воспитания; а по его смерти Епифаний, познакомясь с пустынником Лукианом, оставил богатое наследство, доставшееся после воспитателя, крестился и вступил в жизнь подвижническую; чтобы видеть образцы благочестия пустынного, отправился в Египет; здесь он слушал наставления в вере: но едва не был обманут гностиками; освободясь от сетей их Епифаний объявил местным епископам о тайнах секты888и на 20 году возвратился в свое отечество889. Слава Илариона, дивного палестинского пустынника, начала привлекать к нему учеников еще с 323 г.890; к Великому Илариону пришел и Епифаний и после того в продолжении нескольких лет Епифаний столько усвоил образ подвижнических действий Илариона, что на всю жизнь остался подражателем его; когда слава Илариона стала привлекать слишком многих к нему: Иларион в 364 году удалился сперва в Египет, а потом в Кипр. Блаженный Епифаний отошел тогда в безлюдную и безводную пустыню (Панадрион), в округ Елевферопольский; здесь толпа хищных арабов едва не лишила жизни строгого отшельника: но внезапное исцеление начальника ее обратила детей пустыни в кротких подвижников веры. Епифаний был с проповедью о вере огнепоклонникам Зороастра, хотя без значительного успеха891. Строгий ревнитель Православия отделялся от общения с Елевферопольским епископом Евтихием, переходившим по слабости на сторону ариан892и с любовью принимал гонимых исповедников св. истины893. Тяготясь славою тайно удалился он из своей пустыни сперва в пустыни Египта, потом в Кипр, где слушал наставления известного тогда аввы Григория894. Около 367 г., на 60 году своей жизни, принужден был, согласно с предсказанием св. Илариона, принять в управление Церковь Саламинскую895. На пастырской кафедре Епифаний отличался любовью к бедным, простотою пустынника, ревностью к вере и за строгость жизни пользовался уважением896. Даже Валент (в 371 г.) оставил в покое Саламинского пастыря-подвижника. В 373 г. по просьбе некоторых пресвитеров блж. Епифаний написал Анкорат – сочинение, назначенное в якорь для пловцов жизни897. В следующем году начато и в 376 году окончено, также по просьбе благочестивых мужей, обширное сочинение против ересей – Панарий898. Около 376 г. Епифаний отправлялся в Антиохию убеждать тамошнего епископа Виталия к отступлению от аполлинариева учения, но не имел успеха. Общее уважение доставляла ему особенно евангельская щедрость его к бедным, и эта щедрость награждаема была свыше. Историк пишет: «Епифаний был щедр к пострадавшим от кораблекрушения ли, или по другой причине; так как свое имение давно уже истратил он, то расточал имущество церковное. Церковь Епифаниева была весьма богата. Многие из разных стран света, желая употреблять богатство на благочестивые дела, и при жизни отдавали церкви его и умирая оставляли ей, так как уверены были, что Епифаний, как добрый распорядитель и любящий Бога, употребит подаяния их согласно с их желаниями.... Наконец все (церковное имущество) было издержано, как внезапно некто входит в комнату, в которой жил эконом, и подал ему мешок со многими золотыми монетами»899. Блж. Епифаний сколько был милостив к бедным, столько же ревновал и о благе Церкви, но иногда ловкие люди пользовались простодушием его не во благо Церкви. В 382 г., по делу о Максиме и Антиохийской кафедре, он вместе с Павлином епископом Антиохийским был в Риме, куда приглашаемы были и другие епископы, но где были уполномоченные только некоторых900. На возвратном пути из Рима он старался личными сношениями убедить Иоанна архиеп. Иерусалимского и других признать в Оригене учителя опасного для веры и не успел в том; Иоанн дал ему письменно заметить о его неосторожности, дозволившей посвятить священника в чужой епархии; Епифаний в ответе писал опять об Оригене901. Феофил, Александрийский епископ, старался примирить Епифания с Иоанном, поставляя первому на вид, между прочим, и собственную наклонность его к антропоморфизму. Но в 400 г. тот же Феофил, чтобы найти в простодушном Саламинском пастыре помощника себе при исполнении замыслов нечистого сердца своего, склонил Епифания произнести в Кипре осуждение против нитрийских иноков, обвиненных Феофилом в оригенизме; а потом, когда по сему делу потребовали самого Феофила на суд в Константинополь: Феофил в 402 г. убедил Епифания поспешить в Константинополь902с тем, чтобы заставить Константинопольского пастыря произнести осуждение на великих братьев, которых выгнал он из Александрии и которых принял Златоустый903. Пастырь Константинопольский со всею любовью обращался с Епифанием; но отказался без рассмотрения дела осудить братьев; некоторые из епископов, приглашенных на Собор, не согласились с мнением Епифания; Епифаний, доверчивый к наветам людей хитрых, уже готов был произнести осуждение на самого Златоустого в соборном храме; архипастырь столицы послал архидиакона представить ему: не вышло бы смятения из действий его; а вместе напомнить ему, что посвящение диакона в чужой области, что дозволил себе блж. Епифаний, не согласно с канонами Церкви. Епифаний удержался. Сами братья, явясь к Епифанию, довели его до сознания, что он осуждал их только по худым отзывам других. Пастырь Кипрский оставил Константинополь, чтобы не вмешиваться более в дело, в котором такое участие принимали страсти904. По известию Сократа и Созомена905, Иоанн предрек Епифанию, что он не увидит своей паствы, а Епифаний сказал, что Иоанн не умрет в своей епископии. На пути в Кипр, пастырь и чудотворец906Кипрский, строгий подвижник и пламенный ревнитель Православия, хотя не всегда осмотрительный, скончался в глубокой старости907.