Сочинения пастыря Амасийского, причисляемого к отцам Церкви П. Никифором и Фотием, и Собором Вселенским1261, показывают в нем преимущественно витию церковного и витию такого, который может занять почетное место между церковными проповедниками. Все, дошедшие до нас, сочинения его состоят из проповедей: но в них много назидательного, как для веры, так и для благочестия1262.

Покажем содержат самых замечательных бесед.

1) В беседах на притчу о Богатом и Лазаре поучает, что Господь Иисус «не только учением наставлял людей, но и примерами побуждал к святой жизни». И за тем начинает объяснять притчу о Богатом и Лазаре, в духе благочестивого размышления. Слова: бе же человек богат, иже в порфиру облачашеся и виссон, возбуждают в нем сильное обличение против роскоши в одеждах и украшениях. Сими словами, рассуждает Астерий, Спаситель, обличает пышность богачей и научает довольствоваться одеждами, которые могли бы только защищать от непогоды; такое назначение одежд показано первому человеку. «Если же вы, говорит проповедник, отвергаете лен и волну, если гнушаетесь тем, что благий Бог вам подал; если для удовлетворения прихотей пышности, вы изыскиваете одежды, похожие тонкостью на сети паутинные; не обличает ли это ваших женских нравов?» За тем порицает тех, которые хотели одеваться не иначе, как в одежды, испещренные изображениями разных зверей; птиц и пр. Не щадит и тех, которые, прикрываясь видом набожности, заказывали великолепно украшать простые одежды изображениями евангельских событий. «Если, говорит, эти люди сколько-нибудь верят мне: пусть продадут те одежды и почтут истинные изображения Божии.... Не пиши Христа: довольно, что Он принял плоть нашу... Не изображай на одеждах расслабленного, подай помощь бедным больным. Напрасно смотришь на изображение кровоточивой жены; покажи сострадание оставленной и угнетенной вдовице. Напрасно смотришь на грешницу, поверженную к ногам Христовым; помни и плачь о твоих грехах. Не изображай воскресшего Лазаря, приготовь защиту на будущее твое воскресение. К чему носишь на одежде слепца? утешь благотворением живого слепца»... В остальной части беседы продолжает обличать пышность в нарядах, показывая, сколько люди разоряются на них, сколько делают несправедливостей самых черных, к каким порокам ведет эта страсть.

Приведенные слова Астерия о священных изображениях иконоборцы часто повторяли в своих хулах на св. иконы. Но надобно быть слишком предубеждену против св. икон, чтобы не видеть, что Астерий обличает вовсе не то, что осуждали иконоборцы. II а) он говорит, против священных изображений, писанных на простых одеждах, а не против икон храма. б) Он обличает собственно пышность, которая самую святыню употребила в пищу греховной страсти, и вовсе не выполняла цели священных изображений, в) Если во время Астерия, людьми набожными (ευσευεστεροι) вводимы были священные изображения, даже и в домашнее употребление, хотя и не все благочестиво выполняли благочестивое дело: то справедливое заключение из того должно быть то, что благоговение к священным предметам преступило уже тогда границы, а не то, чтобы не было иконопочитания, или чтобы иконопочитание само по себе было осуждаемо. Все это подтверждается другими беседами Астерия.

2) Изображение мученичества всехвальной мученицы Евфимии, пострадавшей при Диоклетиане, есть несомненное сочинение св. Астерия Амасийского, как это показывает 7-й Вселенский Собор1263, и такой строгий критик, каков был Фотий1264. В сем повествовании Астерий, сперва говорит о мученическом подвиге св. Евфимии, потом продолжает: «священные служители таин Божиих, всегда чтят память ее словом, и тщательно поучают собирающийся народ тому, как совершила она подвиг терпения. Сего мало, благочестивый живописец, сколько мог при пособии своего искусства, живо изобразил вею историю ее страданий на плите и поместил около гроба, чтобы видели другие». За тем Астерий подробно описывает, в каком виде представлены были живописцем подвиги св. мученицы1265.

3) В беседе на мучеников, Астерий показывает нам и людей, против которых надлежало в его время защищать почтение к святым Божиим и к св. останкам их. Это были, как говорит он, язычники и новые иудеи – евномиане. «Благоговейно, проповедует он, храним мы тела их (мучеников), как сосуды благословения, как орудия прославленных душ, любезных Иисусу, как жилища небесных духов. Мы поручаем себя покрову их. Мученики тоже в Церкви, чтò воины в крепости. Народ со всех сторон стремится к гробам их и чтить их торжественными празднествами. Все печальные находят себе у них убежище. Мы обращаемся к их ходатайству в молитвах. И это благоговение наше облегчает гнетущую нас тяжесть, исцеляет болезни, усмиряет гнев князей. Больно дитя у родителей, они отдают его на руки им, оставляя врачей спешат ко гробу мученика, молят Господа, зовут к ходатаю своему: «О ты! который так страдал для Иисуса, помолись за это больное дитя!.. Мы не покланяемся (ου προσκυνουμεν) мученикам, во чтим (τιμωμεν) их, как искренних поклонников Божиих. Не людей чествуем, а чудимся тем, которые во время искушений принесли себя в честь Богу (σεβασθεντας Θεω). Мы полагаем их в благоукрашенных раках, воздвигаем храмы на их гробах с тем, чтобы ревновать почестям тех, которые так прекрасно скончались. И не бесполезен наш труд для них; мы пользуемся ходатайством их пред Богом». Евномианам говорит святитель: «чудно ли, что вы иудеи новаго покроя, бесчестите мучеников, вы, которые презираете Христа и лишаете Его в словах своих равенства со Отцом? Вы бегаете мест, в которых почиют св. тела, как мест нечистых? Но если другое что не приходит на ум ваш, устрашитесь названия христиан, вы, которые вместе с язычниками ненавидите мучеников. Или вам, неизвестно, что начальник мучеников Христос? Он первый пострадал и оставил рабам ревность свою». И представляет ряд мучеников Апостолов. «Но я знаю, продолжает проповедник, что ты думаешь, слушая меня. Ты говоришь: и я участник того же, если буду жить добродетельно, и я ничем не хуже и буду почтен не меньше тех, которым теперь удивляются? Так подлинно: слова достойные гордеца, который оправдывает себя по примеру самохвала фарисея; тут ни чуть нет смирения. Но слишком известно, что надобно прежде смириться, чтобы подняться на высоту: такова мысль Господа. Подумай, хоти бы для того, чтобы считали тебя благочестивым, не нужно лм тебе отдать честь освятившим для тебя путь благочестия, вождям святости, учителям добродетели, научившим тебя терпеть и презирать смерть?.. Много могут святые; хотя оставили они эту жизнь, но благотворят людям». И представляет примеры тому, сперва из Ветхозаветной истории, потом из истории апостолов и мучеников. Беседа драгоценная для учеников Лютера!

4) В беседе на новый год, с ревностью христианского пастыря обличая языческое празднование новаго года, говорит: «Что это за праздник? К чему эти издержки? Я не знаю. Скажите вы, которые празднуете. Дайте причину, как мы представляем причины истинных праздников, праздников Божиих. Вот мы празднуем Рождество (Христово), потому что в сие время Бог явился во плоти. Празднуем праздник светов (φωτων πανηγυρισιν – Крещение Христово), потому что прощением грехов возведены из мрачной темницы прежней жизни к свету и славе. Еще украшаемся и светло радуемся в деньВоскресения; ибо он показывает нам, что мы будем бессмертны и нам надобно преобразоваться для лучшей жизни. Как празднуем мы эти праздники, так и прочие праздники». И за тем показывает, что языческие обряды новаго года бессмысленны.