Русский монастырь

10 (23) декабря 1939 г.

Дорогой мистер Виттемор,

в преддверии великого и радостного христианского праздника посылаю Вам от отца игумена, от всех монахов нашего монастыря и от себя лично наши самые искренние и чистосердечные поздравления ко дню Рождества Христова, а также наилучшие пожелания в наступающем Новом, 1940 году. Помолимся Богу о том, чтобы Он нам послал в этом году благословенный мир.

Мы все здесь молимся о мире и не теряем надежды, что Иисус Христос, Бог мира, остановит нынешнюю бурю до того, как она окажет огромное и непоправимое разрушительное воздействие на весь мир.

У нас от Вас нет никаких известий, но мы надеемся, что с Вами все в порядке. Мы также надеемся, что, несмотря на сложившиеся обстоятельства, Вы были в состоянии плодотворно поработать в <соборе> Св. Софии. Мы, конечно, очень были бы рады увидеть результаты Вашей работы, и если отчёт о них был опубликован, очень просим Вас прислать его нам по возможности.

Здесь мы живем в полном спокойствии. Господь послал нам в этом году как никогда хороший урожай оливок, и мы смогли заготовить много масла. Это очень важно для таких трудных времен, когда все так подорожало, особенно сахар и чай. Моторная лодка мистера Крейна очень помогла нам в перевозке оливок от Крумицы до нашего монастыря.

Если Вы увидите миссис Крейн, передайте ей наши горячие поздравления и искреннейшие пожелания на Новый год.

Надеемся, что Бог поможет нам в трудное время. Да хранит Вас Господь!

Ваш во Христе монах Василий

Русский монастырь

20 июля 1940 г.

Дорогой мистер Виттемор, я был приятно и очень радостно удивлен, получив Ваше дорогое письмо из Стамбула от 6 июля: я не предполагал, что Вы сможете приехать туда в этом году и продолжить Вашу работу в Св. Софии. Как утешительно думать, что в печальные дни войны Ваши замечательные исследования не прерваны благодаря, я уверен, Вашей кипучей энергии. Я очень интересуюсь Вашими новыми находками изображений св. Софии и св. Иоанна Хризостома <(Златоуста)>.

Молоко и яйца для жителей восточной части были распределены между русскими монахами, как обычно, с молитвами за Вас и благодарностью за Вашу щедрость. Мы потратили на них (вместе со скитами) сто шестьдесят (160) долларов.

Вы помните, я Вам писал в начале войны, что мой младший брат Кирилл был призван в армию французами, хотя он и не французский подданный. Всю зиму я регулярно получал от него письма, но после начала германского наступления в мае я не имел от него известий. Я серьезно беспокоился за его жизнь и много молился Богу о его спасении (то же самое здесь делали некоторые другие монахи по моей просьбе). Мысль, что он может быть убит в этой войне и ради цели, которая кажется мне несправедливой и нехорошей (я имею в виду создание нового Версаля на руинах Европы), эта мысль была ужасна и несносна для меня, но я никогда не терял упования на милость Божию. И несколько дней назад я был несказанно рад узнать, что мой брат жив и вне опасности. Он пишет мне из Германии, где находится на положении военнопленного. Он говорит, что немцы очень добры к нему, как в основном ко всем французским заключённым. Я благодарю Бога от всего сердца за спасение жизни моего брата и очень счастлив.

До сих пор беспокоюсь о моей матери и брате Игоре, которые находились в Париже. С момента внезапного нападения Италии здесь не было получено ни одного письма из Франции, и я не представляю, где мой брат Игорь и моя мать. Надеюсь, им хватило благоразумия не покидать Париж.

Хотя сейчас очень трудно посылать книги с Афона, я сделаю все возможное, чтобы отправить Вам мои статьи.

Наша жизнь здесь идёт пока спокойно и нормально, хотя все чрезвычайно дорого и трудно достать. Нас посещают всего лишь несколько иностранцев.

Я не имею известий от господина Ермолова, но надеюсь, с ним все в порядке.

С начала войны в нашем монастыре гостит отец архимандрит Кассиан Безобразов, профессор Нового Заве

та в Богословском институте в Париже, очень обаятельный человек. Он надеется вернуться этой осенью в Париж.

Мы продолжаем молиться о скором наступлении мира и окончании этой ужасной войны.

С любовью о Господе

монах Василий

Монастырь св. Пантелеимона 22 сентября 1940 г.

Дорогой мистер Виттемор, через несколько дней после Вашего отъезда из Афин я тоже отбыл на Гору Афон и вернулся в наш монастырь. Все были очень счастливы получить от Вас известия, узнать, что Вы продолжаете Ваши замечательные исследования в Св. Софии с таким заметным результатом. Мы передали часть денег Андреевскому и Ильинскому скитам, и теперь все русские монахи Горы Афон (в монастыре св. Пантелеимона, в Андреевском и Ильинском скитах, и пустынники, которые приходят в обители на праздники и кушают в трапезной), все глубоко и искренне благодарны Вам за Вашу доброту и щедрость в эти трудные дни. Да благословит и сохранит Вас Господь, и помогает продолжать Вашу историческую работу в Св. Софии!

Пока мы живем здесь в мире и спокойствии, но будущее очень неопределенно. В любом случае жизнь становится с каждым днем все труднее и сложнее. Но мы не теряем упования на Бога и молим Его послать человечеству мир и лучшие дни.

Я продолжаю получать письма от моего брата Кирилла из Германии, где он военнопленный. Вроде у него все в порядке. Из Парижа я получил только одно письмо от Игоря от 15 июля. Он и мама остались в Париже. С тех пор оттуда писем не приходило. Так досадно быть без новостей!

Я вспоминаю с великим удовольствием наше прекрасное путешествие в монастырь Осиос Лукас. Оно было действительно чудесным — и природа, и сам монастырь с его мозаиками!

Я Вам очень благодарен, что взяли меня туда.

К моему великому сожалению, отцу Димитрию Бальфуру невозможно в этом году приехать к нам в наш монастырь и оставаться некоторое время на Горе Афон, как он любит делать ежегодно. Он не смог вовремя получить визу.

С наилучшими пожеланиями и молитвами о Ваших трудах и о Вас лично,

с любовью о Господе

монах Василий