8/21 февраля 1984 г.

Брюссель.

Его Преподобию Отцу Димитрию,

Русский Пантелеимонов монастырь

Афон

Дорогой о Господе отец Димитрий (1)!

Очень благодарю Вас за Ваше письмо от 12/25 января 1984 года, которое получил на днях, оно меня огорчило и взволновало своим содержанием, и я спешу на него Вам ответить. Очень сожалею, что не получил его на несколько дней раньше. Я только что ездил в Париж на храмовый праздник Трёх Святителей, виделся с нашим Экзархом Западной Европы митрополитом Минским и Белорусским Филаретом, председателем Отдела Внешних Церковных Сношений, но Ваше письмо пришло в Брюссель только по моему возвращению сюда, так что с Экзархом говорил только по телефону в Париже, что, конечно, менее эффективно, чем личный разговор. Я его прямо спросил, почему на Афон, в наш монастырь, не пускают о. Илиана, он там ведь нужен и полезен и хочет вернуться. — «Пускай поживет пока у нас», — ответил Экзарх. — «Это препятствие видно не от Патриархии, но от властей, для монастыря это вред», — говорю я. — «Значит, что-то сделал, за что не пускают. Он сам знает, за что», — отвечает экзарх. — «Слыхал, что за какую-то газету, которую он кому-то передал?» — спрашиваю я. — «Ах, нет, это пустяки», — снова отвечает Экзарх. Видя, что дальнейший разговор на эту тему бесполезен, перехожу к вопросу об о. Иове: «Почему его насильно выгнали из монастыря?» — «Он разрушает церковную жизнь», — резко отвечает экзарх. — «Чем?» — спрашиваю я. — «Он не имеет отпускной грамоты от американского митрополита Феодосия, мы не можем такого держать. Его архиерей митрополит Феодосий сказал ему оставаться в Тихоновском монастыре в Америке, возрождать там монашескую жизнь, а не ехать на Афон». — «В первый раз слышу, что у него нет грамоты от митр. Феодосия, а возрождать монашество важнее всего на Афоне, у нас так мало братии», — возражаю я. — «Будем присылать других от нас (из России)». — «Да, теперь, как выгнали о. Иова за то, что он американец и это стало известно в Константинополе, Константинопольская Патриархия не станет разрешать лицам с советскими паспортами приезжать к нам в монахи», — опять говорю я. — «Она всегда против нас, что бы мы ни делали. Не надо с ними считаться», — твердит свое митр. Филарет.

Вот вкратце мой разговор по телефону с Экзархом митрополитом Филаретом. Скажу от себя: митр. Филарет — один из лучших архиереев, каких я знаю. И умный, и добрый, и ему можно доверять. Но, во-первых, он перегружен работой, занимает четыре ответственные должности, переутомлен и не может достаточно вникать в дела. А во-вторых, и это самое главное, не вполне свободен в своих действиях и высказываниях, особенно с тех пор, как занял самые ответственные посты. Я тоже думаю, что все эти трудности и препятствия с о. Илианом и о. Иовом американцем, происходят не от Московской Патриархии, а от властей придержащих. Это очень печально и действительно угрожает будущему нашего Русского монастыря. Вам же желаю терпения, стойкости и помощи Божией в отстаивании подлинных интересов монастыря. Конечно, я больше доверяю Вам и Вашим сведениям об о. Иове, чем кому бы то ни было, ибо знаю Вас больше полустолетия, да и Вы разбираетесь в афонских делах.

Я, слава Богу, чувствую себя удовлетворительно, хотя все почти приходится делать самому. Пишите, пожалуйста, о том, что у вас делается. Прошу Ваших молитв, шлю благословение Вам и всей во Христе братии.

С любовью о Господе

+ Василий, архиепископ Брюссельский и Бельгийский

A. BasMe

Примечания:

(1) Иеродиакон Давид (Цубер) принял схиму с именем Димитрий 2 января 1983 г.