Всечестный отец Василий, Христос посреди нас!

Мне было в высшей степени неприятно, если бы мое долгое молчание Вы объяснили нежеланием отвечать Вам на Ваше письмо. Я Вас настолько уважаю, что такого невнимания не могу допустить. Я болен. Начал в Вашей обители, а конца не видно. Больше лежу. Ослабел. Думаю о серьезном с болью в голове. Пишу, скоро уставая. Но я все время волновался от невозможности ответить Вам. Простите, если письмо мое по изложению мыслей окажется бестолковым.

Об о. Иоанне Шаховском (1) я говорил, но с кем, сейчас не могу припомнить. Сказал я то, что думал и знал. О. Иоанн в Югославии вел себя непозволительно в отношении не только своих собратьев-священников, но и епископата в лице маститого, теперь покойного митрополита Антония, обвиняя его и духовенство в печатной брошюре, которую старательно распространял, в разных нравственных преступлениях в отношении вверенного им стада Христова. За долгие годы моей службы мне пришлось впервые подписать постановление Духовного суда о снятии с о. Иоанна сана и монашества, так как в упорном поношении своего архипастыря он оставался непреклонным, гордо заявляя: «Я клирик Вселенского Патриарха». И только когда ему было отказано в визе для бегства к Евлогию (канонического отпуска он не брал), так как он находится под судом, о. Иоанн бросился в Сремски Карловцы к митр. Антонию, прося у него прощения. Покойный снял с него осуждение и лишение сана и монашества, но оставил его под запрещением, дав канонский <так!> отпуск. Будучи под запрещением, он священнодействовал в церквах Зап. Европы. Через три года он возвратился в Югославию, был у митр. Антония. Что там произошло, я не интересовался, но о. Иоанн получил разрешение священнодействовать. Был у меня и говорил, что он понял, сколько глупостей он наделал три года тому назад. Я поверил его искренности теперь жалею. Пригласил его сослужить в нашей церкви, а от покойного митрополита имел письменное разрешение служить в русских церквах в Югославии. Служил ли он в текущем году, не знаю. В нашей церкви я разрешил ему служить. Формально он имеет право служить, после того как с него снято запрещение епископом, который назначил запрещение. Но есть друга сторона, очень щекотливая, не у нас, а на Св. Горе, Я говорил и о ней. Говорил в смысле своего недоумения. На Св. Горе остро стоит вопрос о новостильниках. Понятие «новостильник» распространяется и на тех, кто даже по обязанности молится о Константинопольском Патриархе, как своем архиерее. Положим, что тут кроется некоторая доля заблуждения, но как относиться к тем, кто по своей доброй воле ищет канонического общения с теми, кто вводит раскол и смуту во Св. Церкви. Митр. Евлогий и его клир, к которому принадлежит и о. Иоанн, в свое время гордо заявлявший: «Я клирик Вселенского Патриарха!» — сами искали общения с раскольниками, и когда в прошлом году владыке Евлогию предлагали освободиться от такого подчинения, он писал Конст. Патриарху, умоляя его не соглашаться на освобождение <?> его патриаршей юрисдикции. Я высказывал мнение и теперь держусь его, что эта сторона в иерейской службе о. Иоанна может вызвать волнение в среде простецов-иноков, которые, не мудрствуя лукаво, понимают факты и явления такими, какими они являются по своей природе. Я боюсь соблазна, а он мог быть. Так я долго думал на основании наблюдения и знакомства с мировоззрением не правителей обители, а простецов с которыми беседовал после ранних Литургий в своей келлии.

Давать советы о том, разрешать ли о. Иоанну служить или нет, я не мог, т. к. считал и считаю себя не вправе вмешиваться в управление обителью. Это не в моем обычае. Я гость и только. Слушаю все, что мне говорят, а выводы делаю для себя. Мог в частной беседе поделиться и своими выводами, но этого не помню.

Да сохранит Вас Господь своими милостями. Простите меня грешного. Мог по неосторожности промолвиться, но не имел и не имею злобы или даже недоброжелательства к о. Иоанну, как и он, думаю, ко мне. По возвращении с Афона четыре раза был у меня, сидел подолгу, разделял трапезу, но я его не видел, т. к. он приходил в часы, когда у меня был доктор или я выходил из дома. Настоятель Крестовской келлии сообщил мне, что о. Иоанн пробыл у них три дня и служил.

Прошу святых молитв.

С любовью о Христе

Ваш недостойный богомолец, прот. П. Беловидов (2)

11/24 окт. 1936., Белград

Примечания:

(1) архиепископ Иоанн (в миру князь Дмитрий Алексеевич Шаховской; 23 августа 1902, Москва — 30 мая 1989, Санта-Барбара, Калифорния, США) — епископ Православной Церкви в Америке, архиепископ Сан-Францисский и ЗападноАмериканский. Проповедник, писатель, поэт. В 1926 г. был пострижен в монашество в Пантелеимоновом монастыре на Афоне. С 8 декабря 1926г. — иеродиакон (рукоположен митрополитом Евлогием (Георгиевским) в Париже). С 1927 г. жил в Сербии, находился в юрисдикции Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ), был рукоположен во иеромонаха 6 марта 1927 г. епископом Вениамином (Федченковым) в сербском городе Белая Церковь. В апреле-сентябре 1927 г. — помощник настоятеля храма при Крымском кадетском корпусе в Белой Церкви, в сентябре 1927-1930 гг. — настоятель этого храма и законоучитель корпуса.

(2) Родился в 1869 г. в Ставропольском крае. Был настоятелем церкви в Новороссийске. В 1920 г. эмигрировал в Королевство сербов, хорватов и словенцев (СХС), открыл первый русский православный приход в Белграде. В 1921 г. был избран на 1-й Зарубежный (Всезаграничный) Собор Русской Православной Церкви в Сремских Карловцах. Был основателем и первым настоятелем русской церкви Святой Троицы в Белграде, открытой в 1924 г., а также законоучителем в 1-й Русско-Сербской гимназии в Белграде. Протопресвитер. Скончался накануне Пасхи, в Великую Субботу 1940 г.