Наша Русь считалась святой по истории, но не потому, что она была святая, а потому, что все-таки идеалом своим она всегда поставляла святость! «Как жить, чтобы святу быть?» – записано еще у Нестора летописца. Такой вопрос всегда ставили русичи.

Действительно, Русь впадала в тяжкие грехи: и пьянство, и развратничество, всё было. Но наступал, скажем, Великий пост, и все приходили в храм и в воздержании каялись, просили друг у друга прощения, причащались. И, конечно, раз от разу становились все-таки лучше. До тех пор, пока мы не открыли окно в Европу, откуда к нам всякая по́гань пошла.

Батюшка, ведь Русь была святой не только стремлением к святости, но, прежде всего, своими многочисленными святыми!

Правильно подмечено. Нам сказано: «будьте святы», как свят «Я (Господь, Бог ваш)» (Лев. 11, 44). Это сказано еще при пророке Моисее в Ветхом Завете.

И Христос нам говорит: «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5, 48). Он не сказал, что будьте совершенны, как, скажем, Иоанн Креститель – величайший на земле «из рожденных женами» (Мф. 11, 11). Господь указал нам опять-таки на бесконечный образец совершенства: как Отец ваш Небесный.

И тут мы не можем сказать, что кто-то из вас, знаете, уже достиг святости. Это ни один человек не имеет права так сказать. Так может говорить как раз только бесовщина, когда человек поглощает без разбора килограммы духовных книг и по гордости впадает в прелесть.

Нельзя впадать и в ту крайность, которая присуща сектантам. Скажем, баптисты говорят: «Мы – святые! Да, мы святые, потому что Христос пришел, искупил наши грехи, и мы теперь святые».

Но почему, имея столько святых, Русь упала во мрак революции?

Если победа святости не состоялась во благо верующих, во благо России, то, значит, мы духовно разложились, как было предсказано по пророчествам наших праведников, возьмите святого праведного Иоанна Кронштадтского, святителей Игнатия (Брянчанинова) и Феофана Затворника. Мы слишком разложились духовно и стали менять духовное совершенство на то, что суета мира нам преподносит, стали увлекаться ею.

Митрополит Вениамин (Федченков) пишет в своих воспоминаниях, что когда учился в Духовной семинарии и Академии (он окончил Академию в 1907 г.), то постоянно сталкивался с неверием семинаристов{20}. Даже считалось среди них, что если вот такой-то профессор умный, значит, он наверняка безбожник. Вот до чего доходило! Такая вот, прямо скажем, уродливая ситуация. Совершенно невозможное прямо положение. Что же говорить о других?

Если бы мы были верны Христу Спасителю и Церкви, то вот этих последующих печальных событий, возможно, и не наступило бы, говорит митрополит Вениамин{21}.

Но Господь попустил эти события на Руси за наши, прямо скажем, беззакония, в которые мы сами стали впадать. И пошли по зову агитаторов, которые разлагали нас, отвлекали от Церкви, прежде всего, отвергали от послушания уставам церковным.

Макарий, архиепископ Томский (впоследствии митрополит Московский) прямо говорит: чем больше люди отходят от Христа и увлекаются благами мира сего и слушают вот этих агитаторов, которые, понятно, только и стремятся как-нибудь обезбожить души человеческие, тем больше будет наступление демонических сил, и бесовщина будет все больше и больше приобретать свое влияние над людьми и сеять бедствия{22}.