Вот основание: «не убий».

Мы становимся драгоценными, потусветными существами друг для друга… Является миро–моление, миро–лобзание, жизне–молитв: пусть будут прощены мои неуклюжие глаголы! Я ложусь на землю и целую ее: почему? — Божья! Я беру мотылька — и не сорву с него крылышек, но с неизъяснимой негой буду следить, как он неумелыми ножками ползет по пальцу: брат мой, сын мой, одно с ним у меня дыхание жизни.

Василий Розанов

Разве не читаем мы почти в каждой строке Священного Писания, где нам разъясняют некий смысл — а смысл этот заключается прежде всего в движении, — сравнения, почерпнутые из бестиария? Агнец, голубка, олень, лев, змея, даже земляной червъ, рыба — все они суть образы Мессии. Когда Иаков благословляет сыновей, он называет Иуду львом, Дана — змеем, Неффалима — серной, Иссара — ослом, Вениамина — волком. Все герои, все события Священной Истории проходят перед нами, отмеченные этими символами. Каждое животное, возникшее из веяния Духа, обладает каким–нибудь свойством, которое напоминает нам один из заложенных в нас творческих импульсов. Я завидовал блаженству животных, — говорит Рембо, гусеницам, которые воплощают детскую невинность, кротам, которые воплощают сон девственности.

Поль Клодель, «Кости»

Последний император Китая Пу И не выходил на дорожку в своем дворце, чтобы не наступить, не повредить чужую жизнь.

Белла Уланов скал «Личная нескромность павлина»

Во все времена голос человека, голос рассудка, противостоял рычанию льва и мычанию быка. Человек вел войну против льва и быка и он, наконец, эту войну выиграл. Сегодня у животных нет никаких преимуществ. Они противостоят нам только своим молчанием. Наши жертвы героически отказываются разговаривать с нами.

Автоматизированное убийство в Третьем Рейхе многие сравнивают с жестокой практикой современных боен. Повсюду вокруг нас совершаются массовые убийства, на которые закрываем глаза в общем солидарном усилии… мы не чувствуем грязи своих поступков. Очевидно, мы можем делать все, что хотим, и при этом оставаться чистенькими.

Сегодняшняя ситуация такова, что число вымирающих и вымерших в результате человеческих действий животных драматически растет. Каждый час исчезает приблизительно три вида животных, и эта тенденция усиливается, отмечает Вильсон в книге «Ценность разнообразия». По данным метеорологической организации и Программы ООН для окружающей среды от 20 до 30 процентов видов растений и животных вымрет в ближайшие годы, когда температура воздуха повысится на 1,5 — 2,5 °С. (По данным метеорологов и Программы ООН для окружающей среды.)

Продолжаются бессмысленные и жестокие научные опыты. Как пишет Ойген Древерманн, ради «научных целей» каждый год истязается и убивается 300 миллионов животных. Неспособность христиан сформулировать вопрос об отношении к животным говорит о нашей незрелости, об отставании во времени даже по сравнению с атеистической мыслью. Неспособность мыслить говорит о неумении любить. И, как говорил о. Серафим Роуз, сейчас уже «позднее», чем мы думаем. И все же Церковь, верная «космической литургии», может и должна поднять свой голос в защиту молчаливо исчезающей твари.

Еще совсем недавно у нас в России чудаками и чуть ли не сумасшедшими считали всех тех, кто, голодая и погибая, спасал от людской жестокости и голодной смерти брошенных кошек и собак. Тех, кто не относился к братьям меньшим как к будущему бифштексу, дубленке или шубе, объявляли «неадекватными», не принятыми в общество «нормальных людей» — что не думают о том, что творится на бойнях. От «общества» же требовалось только одно — молчать, делать вид, что ничего некрасивого не происходит.

К счастью, ситуация меняется не только в Европе, но и в России. Даже самые «крутые» у нас не спешат задавить беспомощное существо, а ведь еще несколько лет тому назад это было совсем не так.

Бог и «намерение целует». Поэтому радуют слова Валентины Матвиенко, губернатора Санкт–Петербурга: «Не говорить на эту тему нельзя. Гуманное отношение к животным входит в понятие „европейских стандартов". И Петербург будет строго соблюдать принятые в Европе нормы обращения с животными. Может быть, если мы будем гуманно относиться к животным, то у нас не будет и бездомных людей». Европейский гуманизм создан христианством и держится христианскими ценностями. Эти ценности, и главная из них — Любовь — распространяются на все Творение. Не может быть до конца счастлив христианин, если страдает самый последний таракан…