Одна из характерных добродетелей истинно великого человека заключается в его постоянной заботе о подготовке достойного преемника.

Величайшие люди стремятся к тому, чтобы их наследники были еще более велики. Тот, Кто превыше всякого величия и достоинства, желал, дабы Его апостолы творили дела и большие тех, что творил Он Сам (Ин. 14,12). Люди мелкие, внешние, с материалистическим взглядом на жизнь, не заботятся о тех, кто придет после них, живя по принципу: «После нас — хоть потоп!»

Савва годами был занят попечением о том, чтобы среди своих учеников найти самого достойного, который мог бы стать его наследником и продолжить его труды. Конечно, святитель молился Богу, прося помощи и знамения.

Однажды в Жиче появился молодой незнакомец. Юноша пришел из Срема, узнав о святом Савве и о его обители. Его воодушевили рассказы о неземной красоте сего монастыря и о многочисленных иноках, проводивших жизнь в чистоте, трудах и непрестанном прославлении Бога. Молодой человек захотел вступить в число братии. Своим прозорливым духом Савва узрел в этом юноше великую духовную силу, хотя еще и не развитую, и принял его в число послушников. В дальнейшем святитель наблюдал за ним и весьма утешался, видя его быстрый духовный рост, проявлявшийся в исполнении всех многотрудных монастырских послушаний и в освоении наук. Савва постриг его в монашество с именем Арсений. Через некоторое время рукоположил в иеродиакона, а затем в иеромонаха и назначил настоятелем Большого храма.

Иногда Савва испытывал его. Зная, что Арсений вкушает только хлеб и воду, за исключением праздничных дней, святитель устроил так, что однажды в праздник, когда на братской трапезе полагалась вареная пища и чаша вина, перед Арсением поставили миску болтушки из муки и воды и чашу уксуса. Всякий другой возмутился бы и указал на нарушение устава. Но Арсений, не заботившийся о брашнах, все это съел и выпил без ропота.

И все–таки святитель не был окончательно уверен в своем выборе, пока Бог не открыл ему, что этот выбор согласен с волей Божией. После сего откровения Савва призвал Арсения и поведал ему о своем намерении совершить новое паломничество во Святую Землю, его же поставить архиепископом вместо себя.

В Жиче был созван Собор. Сначала Савва посвятил короля в свое намерение оставить архиепископскую кафедру, удалиться из Сербии и умереть на чужбине. Для государя это был страшный удар, ибо он все еще нуждался в мудрой и мощной поддержке своего дяди. Однако политическая ситуация была такова, что личное присутствие святителя в Сербии уже не являлось необходимым: он мог приносить пользу своей стране, находясь вне ее.

Когда народ узнал о Саввином намерении их покинуть, люди плакали с неутешною болью. Святитель и сам плакал, как плачет отец, расставаясь с возлюбленными чадами.

Немедля Савва и прочие архиереи рукоположили Арсения в архиепископа. Новый первоиерарх был хорошо известен народу и королю. Особенно его почитали и любили те, кто бывал в Жиче. Для них Арсений был достойным преемником святителя Саввы.

Так независимая Сербская Церковь стяжала своего второго архиепископа. Хотя Арсений не был вторым Саввой, он был первым и лучшим после Саввы. В течение последующих тридцати лет он доказал это.