Что такое Церковь? После Собора ответ на этот вопрос очевиден: Церковь — это Народ Божий в братском общении. А между тем, 25 лет тому назад в ходу было совсем другое определение. Возьмите любой катехизис того времени, и вы найдете следующие слова о Церкви: «Общество, основанное Иисусом Христом, управляемое папой и епископами под руководством папы».

Между этими двумя определениями нет прямого противоречия, но разница в расстановке акцентов бросается в глаза. Как это объяснить? Обратимся к истории.

В Средние века теология не испытывала потребности в специальном определении Церкви. О Церкви говорили как о вещи самоочевидной, и она присутствовала в понимании всех как тайна Веры. Так, в «Сумме теологии» св. Фомы Аквинского нет ни одной главы, посвященной Церкви, но при этом Церковь присутствует везде и во всем: говоря о Христе, св. Фома характеризует Его также и как Главу Тела, Которое есть Церковь.

Наступила Реформация со всеми ее проблемами и противоречиями. Лютер нападает на церковную иерархию. В порядке естественной защитной реакции католическая мысль впервые пытается объединить все, что она знает о Церкви, в согласованную систему. И. поскольку атака была на авторитет Церкви, система эта строилась вокруг такой центральной идеи, которая позволила бы подвести под этот авторитет прочную базу. Такой центральной идеей сталообщество.

Определение Церкви как общества, само по себе вполне правомочное, возникло, как мы видим, в совершенно конкретных исторических условиях. Но когда мы говорим об обществе, оно предстает перед нами прежде всего во всем своем юридическом аспекте и со всей соответствующей законам практикой управления обществом, с определенными условиями, необходимыми для того, чтобы стать его членом, и т. д.

Так сложилась — и это опять-таки вполне естественно — определенная взаимосвязь социальной жизни Церкви, да еще в условиях бурь, которые она тогда переживала, с тем, как она стала себя понимать. Плохо здесь то, что такое определение стало руководящим для многих поколений христиан в ходе всей дальнейшей эволюции Церкви и ее пастырства. Экклезиологическая мысль развивалась в атмосфере полемики, и основные ее проблемы были отнесены к сфере апологетики. Вспомните, какие вопросы были тогда поставлены как основные: кто является членом подлинной Церкви, каким он должен быть, как им стать, кто ею управляет? Юридические эталоны человеческого общества неосознанно взяли верх и стали образцом для представления о Церкви. Такое положение сохранялось примерно до 1920 года К этому времени обнаружились два новых обстоятельства, благодаря которым пролился новый свет на теологию Церкви, а именно — возрождение библейских исследований и новый живой опыт апостольства.

• Возрождение библейских исследований.Благодаря усилиям о. Лагранжа (1856-1938) и других пионеров экзегетики библейская мысль мало-помалу возобладала над апологетикой[93].

Глубже исследуя Ветхий и Новый Завет, богословы обнаружили, что Церковь есть нечто гораздо большее, чем просто «общество». Это подтвердили исследования святоотеческой литературы и успехи позитивной теологии.

Были вызваны к жизни новые образы, — впрочем, очень древние и традиционные. И впоследствии II Ватиканский Собор воспользовался ими в конституции «Свет народам». Так, например, Евангелие сравнивает Церковь с Отчим домом, со стадом, которое ведет Единый Пастырь; овцы знают своего Доброго Пастыря Христа и следуют за Ним. В другом месте Церковь представлена как возделываемое поле; или же как виноградник, в котором Виноградарь — Христос; или как смоковница, на которую Бог прививает новую ветвь — Христа. Третья серия образов: Церковь — средоточие Домостроительства Божия, Храм Божий, Его обитель, Святой Град, она же — Небесный Иерусалим. В этом граде и храме есть краеугольный камень, отвергнутый строителями, — Иисус. Как велико богатство этих образов! Вся Библия, весь Ветхий и Новый Завет говорят об этом. Эти образы постепенно пропитывали христианское сознание.

• Новый живой опыт апостольства.Наступает 1927 год. «Революция Ж.О.К.». Благодаря этому новому опыту перед христианами постепенно раскрывается огромная проблема роли мирян. Миряне должны занять надлежащее место в Церкви. Перед ними, а не только перед священниками и епископами, стоит миссионерская задача. Начинает ощущаться радикальный сдвиг Постепенно католики начинают выходить из своей «крепости», выстроенной для защиты от Реформации.

И тогда, под влиянием библейских исследований и апостольского опыта, начинает складываться новый образ Церкви. Он все более и более соответствует великой идее апостола Павла о Церкви как мистическом Теле Христовом. Эта идея, наконец, официально закрепляется папой Пием XII в его знаменитой энцикликеMystici Corporis(«Мистическое Тело»), в которой папа утверждает, что мистическое Тело лежит в основе Тайны Церкви.

Конечно, идея мистического Тела была сопряжена с известными неудобствами: так, например, снова напоминала о себе угроза соскальзывания с понятия «живого тела» к понятию «социального тела», «корпуса» (вспомните о «дипломатическом корпусе»). Однако, когда речь шла о мистическом Теле, всячески подчеркивалась важность всех членов этого Тела, и именно это и подготовило путь великим деяниям Собора.

Церковь, Народ Божий

Нужно подчеркнуть, что, несмотря на все приготовления, на Соборе произошло нечто чрезвычайное. Перед тем, как собрать всех епископов, папа Иоанн XXIII предложил им прислать ему перечень всех проблем, которые, по их мнению, должны быть обсуждены. В результате накопилась целая картотека вопросов, среди которых, разумеется, ставилась и проблема Церкви как таковой.

Но как только епископы встретились на Соборе, Ассамблея неожиданно приняла направление, которое лишь очень отдаленно соответствовало подготовленной ранее схеме. Епископам сразу же предстала очевидность: Собор вел Кто-то Другой. Вот что рассказывал нам архиепископ Тулузский, будущий кардинал Гаронне:

«Мы поняли, что Собор есть дело Божие, что Церковь поддерживается Духом Святым и что это — вопрос веры. Мы поняли, что ведет Бог, а не мы, епископы».

Епископы испытали в самом прямом смысле слова действие силы, превосходящей их собственную. Кардинал Гаронне добавляет:

«Действовала сила, но не сила большинства над меньшинством, а сила, приходящая извне. Никто не знал, как будет протекать Собор, и ход его соответствовал не тому, что было задумано, а тому, что Господь пожелал нам повелеть».

Так возникла центральная идея Собора, которую никто не готовил и не ожидал: Церковь есть Народ Божий. Поистине, это было Слово, почти предписанное епископам помимо их воли.

В документе Собора «Свет народам» идея Народа Божия изложена во второй главе. Церковь представлена не только как общество, пусть духовное, которое зафиксировано раз и навсегда, а как живая реальность, во все исторические эпохи проникающая как связующая ткань в жизнь человечества. Именно такое понимание Народа Божия предстало перед епископами. Эта идея была развита в трех направлениях (я цитирую по моим запискам то, что сказал кардинал Гаронне своим священникам)[94]:

•Внутреннее единство Церкви.Образ Народа Божия выправляет то, что было слишком жестким в определении Церкви как общества. Народ — это единство в разнообразии. Это народ, собранный вокруг Христа, Который и создает его единство.

Образ Народа Божия смягчает также и то, что было слишком жестким в пирамидальной иерархической концепции Церкви. Христиане, все христиане — это люди, которые вместе движутся к Царству Божию, и их отличительным признаком является принадлежность ко Христу. Место, которое они занимают в своем Народе, степень достоинства, которым они временно облечены, в конечном счете не имеют существенного значения. Прежде всего важна жизненность Народа Божия.

И сама Церковь — это прежде всего не папа с его епископами, а единый Народ Божия; епископы же, как и сам папа, являются его членами (коллегиальность).

•Единство Церкви во времени.Народ Божий живет во времени, и все его прошлое ему дорого. История Авраама, Моисея, Исхода, Плена — это история народа, к которому и я тоже принадлежу. То, что каждый из нас переживает сегодня, станет частью его истории.

Ветхий Завет завершается в Новом Завете, который продолжается в истории Церкви. Никакого разрыва нет. Единство народа в истории создает Христос; весь народ Ветхого Завета шел ко Христу, а со Христом родился народ Нового Завета. Народ, родившийся когда-то в пустыне, близок Церкви, «странствующей» в Коринфе или Эфесе во времена апостола Павла или же в Монреале и Киншасе сегодня. Таково историческое измерение Церкви. Церковь зависима от времени и истории и может вести диалог с миром.

•Единство Церкви в пространстве.Во времена Собора епископы остро пережили кафоличность Церкви. Под куполом Собора св. Петра в Риме встретились все народы и расы, все культуры и традиции. Епископы развитых стран, в особенности европейцы, почувствовали, что они не одиноки в мире. И тогда они осознали, что допустим богословский язык — не вполне традиционно католический, а также что им придется расширить свой образ мысли. Когда говорят «Народ Божий», имеют в виду реальность более гибкую, нежели общество в строгом смысле слова. Идея Народа предполагает, что «разномыслящие» («еретики») не являются чужаками. «Я принимаю тебя таким, какой ты есть...». Сам Бог внушил Собору такое сознание.

Таким образом, тройное единство Церкви, а именно единство во времени, в пространстве и внутри себя, сжато выразилось на Соборе в представлении Народа Божия. Это представление приобрело большое значение в современной теологической мысли и глубоко укоренено в Священном Писании. Апостол Петр повторял в этой связи древнейшие тексты Исхода:

«...род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из темы в чудный Свой свет; некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда непомилованные, а ныне помилованы»(1 Пет 2, 9-10).

А вот тексты из Исхода и из Пророка Иеремии, связующее звено между Ветхим и Новым Заветом:

«...итак, если вы будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля, а вы будете у Меня царством священников и народом святым»(Исх 19, 5-6).

«Вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом»(Иер 31, 33).

Итак, этот Народ имеет (см. «Свет народам», 9):

• Главу: Христа;

• членов: людей свободных и достойных, в которых обитает Святой Дух;

• закон: новые заповеди;

• цель: Царство Божие, уже начавшееся на земле с приходом Иисуса Христа, которое должно распространиться до пределов земли и завершиться в Боге.

В свете сказанного церковные тексты обретают отныне свое самое полное значение. Так, Декрет о миссионерской деятельностиAd gentes(«К народам»), 15, гласит:

«Каждый христианин должен возвещать Христа, Слово Божие. Весь Народ Божий, целиком, должен осуществлять задачи, вверенные ему Богом, — священническую, пророческую и царственную; Церковь призывает христиан, посвятивших себя служению, миссионеров — соработников Божиих, — создавать общество верных, ведущих жизнь, достойную обращенного к ним призыва».