(В черновом списке озаглавлено «Кантизм»)

Ожесточённые споры спиритуалистов, признающих только мнимое бессмертие (в идее), и материалистов, явно отрицающих его, вызвали, наконец,проект вечного мира в мире учёном, проект прекращения полемики. Таким проектом можно считать «Критику чистого разума», предопытного, теоретического. Доказательством совершенной невозможности решения спора между двумя школами Кант думал положить конец распре. Материалисты оказалисьвносящими в мир, а спиритуалистывыносящими, ставящими вне мирато, что было лишьв разуме, в мысли, что былотолько идеею. Таким образом и материя и дух оказались только произведениями разума; мир же действительный, доступный опыту, оказался лишь рознью, не–миром.

Для неучёных очевидно, что не иначе, как путём совокупного действияидеальноеможет превратиться вреальноеимiрможет статьмиром. Только обращением слепой силы из носящей вражду и смерть в управляемую разумом и в живоноснуювнемирное(дух и разум, чувство)войдёт в мiр и мiр станет миром,трансцендентное станет имманентным, и материя, правимая разумом, станет сознательной, активной, смерти не производящею силой.

Но автор мирного проекта в области умозрительной не указывал практического средства для разрешения вражды между живущими ради лишь настоящего (эпикурейцами) и другими людьми, не желающими ограничиваться одною настоящею, нынешнею жизнью, короче — вражды между светским и религиозным. Мало того, что Кант не указывал средства или способа обращения идеального в реальное, — он то самое, что было подвергнуто сомнению или даже совсем отвергнуто в области теоретической, это самое он возвёл в догмат, в теорию, но не в заповедь в области практической. Иначе сказать: то самое, что могло и должно было быть предметом общего действия, это самое и перенесено было в область веры, хотя и не живой, а мёртвой.

Мнимую критику практического разума можно считать за признание вооружённого мира. Тогда как критика теоретического разума хотела быть проектом вечного мира в философии, в царстве мысли, критика практического разума была проектом вечной брани в действительности.

Добавление 1‑е, на особом листке, писанное карандашом и повторяющее (приблизительно, а частию и дословно) вышеизложенное, после чего следует:

«Критика практического разума» может быть сочтена за признание вооружённого мира, ибо она приписывала каждому человеку право на сохранение своего физического и морального Я против покушений всех других людей; то есть она брала людей не с той стороны, с которой они могли бы примириться, а со стороны враждебной; она, следовательно, считала вражду всемирной, а единство внемирным и не давала, даже не указывала выхода из области вражды.

В 1‑й Критике, можно сказать, положены широкие основы для всеобщего мира, но лишь отвлечённые, если бы в «Критике практического разума» не был написан контр–проект. Но и самый кантовский проект вечного мира основан не на возвращении жизни всем павшим в борьбе, а на забвении убитых из–за выгод корыстолюбия, причём и сама борьба ограничивается лишь войною в тесном смысле слова.

Истинный проект вечного мира заключается в Троице единосущной как долге всеобщего воскрешения, ибо здесь, во–первых, даётся силам, затрачиваемым в борьбе, эквивалентный исход в деле воскрешения; а во–вторых, даётся и вознаграждение за издержки или утраты, не равноценное только, а действительно тождественное.