1. «Болевые точки» нравственной жизни ныне — требующая безотлагательных и притом самых радикальных усилий и перестроения всей жизни ответственность каждого, буквально каждого жителя Земли зa современную катастрофическуюглобально-экологическую ситуацию. Это включает: (а) ответственность за состояние предельной угрозы существованию человечества и всей жизни на планете. угрозы со стороны сверхвооруженности и со сторонымилитарного, «старого», веками складывавшегося милитарного, несамокритичного, всегда ищущего виновников в других, аити-креативного мышления, — в противовес ему требуется новое, креативное. всецело озадачивающееся мышление, принципиально немилитарное, никогда не подменяющее задачи-трудности обвинением и карательством в адрес других; (б) ответственность за складывавшуюся веками и дошедшую до крайней черты экологическую неадекватность всей жизни человечества, экологическую неуместность его в биосфере из-за того, что человечество вместо миссии «садовника тенденций космогенеза» стало расхитителем и уничтожителем живого; (в) ответственность за деградационные процессы, за подмену личностного субъектного мира в индивиде поверхностными имитациями, за «энтропию души и духа», за вытеснение высокой культуры псевдокультурностью и цивилизационной вооруженностью. В нашей нравственной жизни упущены в совершенно нетерпимой степени специфические проблемыдетства. Упущены и предоставлены либо грубым, лишь вызывающим обратный эффект воздействиям, либо стихии и анархииотрочество и юность{186}. Упущенатипологиянравственной жизни, с ее радикально различными образами жизни и структурой отношений. Упущено моральное состояние различных социально-ролевых групп.

2. В этическом знании — неразличение нравственной онтологии и морального сознания, отрицание и даже нигилизм к онтологическим корням человеческой нравственной культуры и сознания — корням, уходящим вглубь объективной диалектики Вселенной и могущим питать собою как нашу, так и любую внеземную культуру. Неразличение нравственности и морали. Неразличение философско-аксиологической этики, специальной этики и социологии и психологии морального поведения. Одновременно мы лишаем себя поистине строго и бескомпромиссно очерченного и принятого идеала — деонтологии абсолютных ценностных посвященностей (ибо снижаем идеал до чего-то более земного, приземленного. уплощенно-«практичного» и портим его), и трезвой, неприкрашенной, сурово-объективной картины реального состояния, чудовищно далекого не только от предельных идеалов, но и от минимальной верности нормам (ибо закрываем глаза на правду и приукрашиваем реальность). Есть половинчатые исследования, нет искания, а если и есть начатки искания, то нет проповеди — нравственно-духовной проповеди ценностей, их защиты. Да и некому проповедовать, ибо это искусство только тогда правдиво, когда есть откровенное выражение лично выстраданногоопытаподвижнической жизни, а не теоретическое холодное наблюдение извне и со стороны.

3. Гносеологический идеал — максимальное освобождение от объективистской парадигмы, от редукций бытия к объектно-вещному или естественно-природному или подобному ему; утверждение ориентации на специфику не только социального, но и гуманитарного уровней, на специфику бытия произведенческого и особенно — субъектного, душевности и духовности, т. е. креативного, междусубъектного бытия. Для этого нужнаиная, принципиально негегелевская диалектика: не логика органических целостностей, но логика гармонизаций и полифонирующих сопричастностей, логика гармонических целостностей, которые могут терпеть внутри себя даже относительно неконструктивные элементы и перевоспитывать их своим ненавязчивым влиянием. Но мало гносеологичности: нужен союз этики с опытнической философией — с логикой работы над собою, «вырабатывания в себе внутреннего человека», «выделывания себя в человека».

Предварительные идеи: (а) утвердить немонополию человечества на нравственную культуру и отвергнуть безумие коллективного аутизма, считающего весь внечеловеческий мир лишь нейтральным фоном и кладовой полезностей, т. е. весь мир аксиологическн незначимым в себе или ценностно пустым, ценности же якобы бывают только у нас, людей; в противовес этому — только тогда человечество выйдет из глобальной катастрофической ситуации, когда свои земные ценности вынесет на встречу с абсолютными, безусловными ценностными измерениями всей диалектики Вселенной и впишет первые во вторые, следовательно, нужнаонтологиянравственной культуры; (б) преодолеть редукцию нравственной жизни к лишь отражающему сознанию и низведение этой жизни к функции от лишенной нравственных измерений и качеств субстанции, как бы последняя ни трактовалась: натуралистически, утилитаристски или вульгарно-экономистически; нравственность никогда не сводилась к надстройке, к функции, служебной по отношению к «базисной» корысти определенного класса, напротив, таковой бывала лишь идеологическая и более или менее анти-культурная превратная форма, психология и концептуальная апология ее, собственно же нравственная культура всегда коренилась и коренится внравственной практике,которая в свою очередь отнюдь не беспочвенна, но имеет универсально-диалектические первоистоки далеко за пределами узко земных условий.

Актуальные идеи: (в) установить теснейший концептуальный союз между специальной этикой и философской, аксиологической этикой, имманентной диалектике; (г) такой же союз между этикой и психологией, равно и педагогикой, добиваться этизации педагогики и педагогизации и психологизации этического поведения, учиться грамотному владению собой и азбуке работы над собою.

Перспективные идеи: (д) перестроить этику на началах полифонической диалектики и безусловного ценностного служения, помня всегда и неотступно: безусловно-ценностное служение равно неподвластно и кнуту, и прянику, ибо равно бесстрашно и неподкупно, и начинается оно по ту сторону всякой функциональной зависимости — положительной, заманивающей и отрицательной, через сопротивление; (е) соотнести этику с культурой глубинного общения и показать значение последней в качестве животворящего истока нравственности и действенности ее в личностном мире; утвердить этическое значение «категорий»-универсалий культуры глубинного общения: мироутверждения. т. е. не себя, но всей остальной действительности и ее диалектики утверждение; универсальная сопричастность и ответственность; в частности — ответственность за заразительность любого, сколь угодно внутреннего, не выявленного состояния — для других, его влияние на судьбы всех других; соблюдение иерархии ценностей при подчинении низшего высшему, т. е. следование мудрости, а не хитрости; доминантность на других; предвосхищающее уважение к другим; сотворчество как дар встречи; стратегия жизни как сотворческое служение.

5. То же, что и в пункте 4, плюс обязательность для всякого этика не просто исследовать и сообщать о результатах, но делиться от своего опыта, в котором истины этикивыполняются на самом себе, делиться от жизни, претворения, трагизма и радости, утрат, раскаяния и обретения, повествовать и проповедовать от всей своей судьбы, от всего сердца. Моралеведенне тоже нужно, но оно — не этика.

6. Необходимо утвердить максимум неформальных способов общения, именно общения, а не коммуникации, максимум самодеятельных институтов.