Разве мы не переживаем с болью и горечью то, что в нашей нынешней школе много, очень много застойного, заскорузлого, инертного и прямо-таки анахроничного? Школу надо перестраивать коренным образом — сознание этого уже глубоко вошло в общественное мнение.

Нужно браться за дело, но как? Можем ли мы понадеяться на то, что труднейшие проблемы школы удастся решить, скажем, так: сначала учреждаются все социально-структурные условия, создается весь практический порядок вещей обновленной школы, ну, а потом — как следствие — и мы сами постараемся подтянуться до уровня уже введенных замечательных порядков. Можно ли полагаться на то, что порядок вещей явится первичным, а мы сами — вторичными?

Если конкретнее, то вот в первой послепленумной передовице по проблемам школы от 24 февраля «Правда» пишет: «Необходимо уже сегодня создать широкий межведомственный временный исследовательский коллектив для разработки конкретной программы обновления школы и педагогики...» Спросим же самих себя: готовы ли мы уже сегодня включиться, если не в этот, то в какой-то из подобных временных коллективов, чтобы непосредственно взяться за всю громаду задач переустройства и построения обновленной школы? Вполне ли мы годимся в такие переустроители и строители?

Если хорошенечко вдуматься и — без тени кавалерийского натиска — дать взвешенный ответ, то он таков: все мы несем на себе печать ограниченностей и недостоинств. А перед лицом сверхобычно трудных и диалектически тонких, во многом парадоксальных задач даже и те, кто — наши лучшие творческие силы, кто — наша надежда, даже и те не идеальны. Без интенсивнейшего преобразования самих себя каждый из нас, да и все вместе мы сегодня недостаточны,не готовы. От каждого из нас требуется заведомо гораздобольшее и лучшее, чем то, что мы в себе уже имеем в готовом виде. И будет требоваться в нарастающей степени завтра.

Но ни в коем случае это не означает, что можно отложить практическую работу, посвященную решению названных задач. Браться за них надо совершенно безотлагательно. Спасать детей от действия тормозящих их развитие, сковывающих и деградационных факторов, спасать их от количественного псевдоразвития, не ведущего к совершенствованию, спасать от бездушия и казенщины, от безразличия к ним и от самоутвержденчества — как же в этом промедлить?!

Спасать учителя от удушающего все живое формализма инструкций и инспекций, опеки и бесправия, от мертвящих догм старого педагогического мышления — как же в этом позволить себе отсрочку?! Нет никаких оправданий промедлениям, даже под самыми благороднейшими предлогами!

Однако именно поэтому еще безотлагательнее всем нам обязательно надо взяться за самих себя. Взяться и повести неустаннуюработу каждому над собою. Повести эту работу так, чтобы шаг за шагом, преодолевая свою ограниченность и свои недостоинства и очищая себя от них,развивать и усовершенствовать себя до уровняпредставших нам задач. В эти сложнейшие и тончайшие задачи нельзя вторгаться со своей напористой, псевдотворческой активностью, со своим готовым мерилом, нельзя измерять их смысл собою, нельзя подгонять их под себя. Напротив, надо себя померить мерилом этих задач, и притом семь раз померить! Тогда-то и начнет подлинно проясняться, что делать. Тогда и откроется возможность педагогического творчества без всяких кавычек, творчества, чуждого всякой грубой напористости и примитива...

Прежде всего наша ограниченность в том, что мы слишком привыкли уповать на логику «от внешнего к внутреннему». Мы привыкли считать себя вторичными, а вещи и порядок вещей — первичными. Ведущую роль мы возлагаем на вещи-структуры, вещи-учреждения: они-де ведут человека, а человек — ведом. Человек — следствие, продукт порядка вещей, их слуга и функция, их воспитанник. Самый первичный, исходный воспитатель человека — это всемогущий порядок вещей... Однако против этой старой логики возражал категорически резко еще Карл Маркс: обстоятельства изменяются только самими же людьми. Более того,должнымобразом обстоятельства и порядки изменяются людьми только тогда, когда сами люди преобразуют и преображают себя, сбрасывая с себя «старую мерзость». Когда люди изменяют себя не ради вещей, но так, чтоб каждый вырабатывал в себе «внутреннего человека». Ключевое слово здесь —самоизменение!

Так перестанем же перелагать ответственность за принятие и решение всех задач с самих себя — на общество, на порядок вещей, на условия... Не будем делать из общества некоего Левиафана. Общество есть не что иное, как «продукт взаимодействия людей» (К. Маркс).

Ссылаясь на Ленина, учившего интересывсехставить выше интересовсвоих, М. С. Горбачев так характеризует суть нового политического мышления: «Ядром нового мышления является признание приоритета общечеловеческих ценностей...» Но если даже в политической сфере новое мышление ставит над групповыми, классовыми, региональными интересами, и нормами ценности высшего порядка, то тем более эта восходящая иерархия должна быть соблюдаема там, где от ее приятия зависит устроение душевно-духовного мира человека, — в воспитании.

Педагогическое новое мышление исходит из первенства безусловных ценностных смыслов истины, добра, красоты, общительности: их универсальность есть образующее начало и питающий исток для каждой уникальной души становящегося человека. В безусловном — мера для всего условного, в абсолютном — для всего относительного. Что же касается ценностей нашего, социалистического общества, то они могут быть верно поняты вовсе не в противопоставлении универсальным и общечеловеческим, а их конкретизацией, их наиболее полным применением к нашим особенным историческим условиям. Быть верным социализму — значит служить благу и совершенствованию всего человечества. Каковы люди, таково и их общество, складывающееся из их взаимодействия.

Однако именно в начавшейся у нас перестройке насущнейшим зовом к каждому из нас звучит: человек должен поверить в свою первичность и главенство над вещами! Никогда еще до такой степени не выходила на первый план тонкая диалектика творческого отношения человека к миру и к самому себе. Человек — созидатель, человек — конструктивный участник общественного и вселенского бытия. И никогда еще не была столь велика и трагически остра ответственность человека за то, чтобы изменять мир не ради себя, нодолжнымобразом. Человек призван выработать себя в того, кто станетдостоинизменять мир должным образом. Значит, ключ к универсальному призванию человека — быть созидателем — опять-таки в человеческомсамоизменении! В вырабатывании себя!

Из всех перестроечных процессов самый глубокий, самый интенсивный — это переустроение нами самих себя. Без такого внутреннего переустроения никакой дальнейшей общественной перестройки и не может быть — ее просто-напросто некому будет осуществлять. Человек, способный ее продолжить,человек перестройки —это тот, о ком могут быть повторены ленинские слова: «можно ручаться, что ни слова не возьмут на веру, ни слова не скажут против совести». И не побоятся «признаться ни в какой трудности», не побоятся «никакой борьбы за достижение серьезно поставленной себе цели».

Эго — человек до конца надежный в его бесстрашии и неподкупности, до конца верный универсальным ценностям и их конкретному претворению в условиях социализма, всегда динамичный, ответственно-участливый, отзывчивый на все проблемные смыслы, на все зовы бытия. Но ведь такой человек отнюдь не возникает как пассивное следствие или функция от готовых обстоятельств, условий, извне или лишь сверху спущенных. Он возникает, он формируется в самом процессе перестроечных усилий, в самокритичном борении, в решении трудностей, в переделке самого себя. Человек перестройки первичен — онведущая, а не ведомая сила! Ведущей силой он становится не иначе как по мере своего собственного самоизменения.

Все социальные процессы перестройки и всякое творчество имеют своим живым истоком воспитательно-образовательное переустроение.

Вряд ли нужно еще раз доказывать, что существующая школа в целом не является таким живым истоком. Наше нынешнее образованиене образуеттонких и высоких ярусов душевно-духовного мира личности. Наше нынешнее просвещение настолько скудно ценностными содержаниями — пищей для души и духа, что его самого надо хорошенечко просветить. В школу неотложно нужно принестибольше света. Лучами этого света надо просветить все затхлые уголки, все нагромождения и завалы, все рутинные механизмы и формалистические, казенные распорядки. И пробудить энергию преобразования...

Что делать? — этого невозможно понять старым педагогическим мышлением. Ибо старое мышление подразумевает догму: человексредстводля вещных порядков, он — рабочая сила, исполнительский контингент. Высшие критерии для такого мышления — не высоки, они берутся из запросов и норм, диктуемых существующим порядком вещей. Оно потому-то и не способно отнестись к ним критически и творчески. Оно ограничено горизонтом реагирования на «заказ», оно не способно опережать его. Оно обрекает школу быть лишь придатком других сфер и звеньев общества.

Напротив, новое педагогическое мышление берет за свои высшие критерии то, что стоит гораздо выше всех частных и ведомственных, ситуативных запросов и норм — универсальные ценности в их конкретизации применительно к социализму, к перестройке. Поэтому и только поэтому оно обретает тувысоту позиции, с которой возможно критическое видение и взвешивание всех запросов и потребностей. Более того, оно исходит изприоритетавоспитания человека как личности над производством вещей, энергии и информации. Оно исходит из приоритета становления душевно-духовного мира каждого человека над всеми задачами, касающимися вещных порядков, структур, прочих условий. Оправданность последних только в том, насколько они способствуют становлению и расцвету самого человека. Поэтому такое мышление далеко от того, чтобы лишь смазывать колеса в старом механизме, лишь снабжать школу-придаток «теоретическими» красителями для ее подновления и ремонта, для подделки под перестройку. Для нового мышления школа — не обслуживающая казенная контора, подчиненная порядку вещей, но живой организм,опережающийвсе и всякие запросы всех и всяких сфер и звеньев социальной системы, опережающий в стратегической перспективе развития и совершенствования человека. Более того — пролегающий пути в грядущее через смелое экспериментирование, через вариативность, через неугасимый динамизм, через критическое взвешивание и выяснение того,что в нынешней ситуации годится для будущего и что не годится. Новое педагогическое мышление судит все вещи ради призвания человека.

Только благодаря принятию универсальных ценностей за критерии всех дел и всех решений новое педагогическое мышление способно внести дух бескорыстного служения совершенствованию всех:каждого ради всех и всех ради каждого. Только в этом — радикальная альтернатива всякому амбициозному самоутвержденчеству — индивидуальному, групповому, коллективному. Только так воспитывается человек в егосозидательном призвании,чуждом корысти и самоутвержденчеству любого рода.

Воспитанник входит в большой мирчерезличностный мир педагога-воспитателя! Так будем же неуклонно верны категорическому императиву воспитания: НАЧИНАТЬ ВСЕГДА ТОЛЬКОС САМИХСЕБЯ!