334. Иванов — Зиновьевой–Аннибал 25 июня / 8 июля 1900. Петербург2203
Воскресенье
Лучше ли списаться или самому ехать завтра, как вы «советуете»? Кажется, что предпочту последнее2204. В этом случае, конечно, будет от меня телеграмма. Пишу на всякий случай, а также чтобы дело яснее формулировалось, и чтобы ты могла [во всяком случае] размыслить до моего приезда. Раз твой план пал с отказом А<ександры> В<асильевны>2205, то остается или 1) отказаться от приезда детей сюда, или 2) мне поехать за ними, или, наконец 3) прибегнуть к помощи Маруси: если она получит в Париже или Лондоне нужный документ, то привезет L. (и в награду увидит выставку)2206—О<ля> с Комп<анией> может отправиться самостоятельно, — если же не получит, то проживет до моего или нашего приезда с L. где–нибудь в хорошем месте, а О<ля> с Комп<анией> приедет во всяком случае. Μ. sarà anche incaricata di farla battezare; forse il prete è a Ginevra adesso2207. A без расхода на проезд и возвращение одного человека все равно не обойдешься, разве только отказавшись от приезда детей. Favorevole sarebbe che L. facesse il viaggio separatemente dagli altri bambini; preferirei anche che non venisse a Копорье; e questo sarebbe possible se andasse Marussia2208.
Вот и решай, и если утром не будет от меня телеграммы, что приеду сам, — телеграфируй по получении этого письма, избираешь ли ты 1-ый план (отказ от приезда детей), 2-ой (чтобы я ехал) или 3-ий (Маруся). Других возможностей, кажется, нет. — М<аруся> завтра хотела приехать из Сестрорецка. —
Я в тоске и угнетении духа от страшных событий в Китае2209. — Советуешь ли ждать разговора А. В. с Пантелеевым2210? Не разумно ли это — особенно ввиду неоконченности рукописи? Изящность издания на собственный счет будет заменена — красотою издателя! — Целую нежно мою радость.
Твой В.
Напиши.
На письма, особенно Верушки, много радуюсь — медовая детка, как и язык ее… Но не хочу видеть ее «tub»2211без тебя!

