Скачать fb2   mobi   epub   pdf  

Пандекты

«Всеобъемлющее собрание (греч. — Пандекты) Богодухновенных Святых Писаний» — известное святоотеческое нравственно-аскетическое произведение, написанное преп. Антиохом Монахом, игуменом палестинской Лавры святого Саввы Освященного, около 620 года. Это собрание 130 бесед (слов) на самые различные духовные темы. «Пандекты» преп. Антиоха были известны в Средние века и потому сохранились не только на греческом, но и на славянском языках. Основанное на цитатах из Библии, произведений отцов Церкви и церковных писателей, это сочинение заключает в себе ценный сплав монашеского духовного опыта, а потому оно не только интересно как памятник древнехристианской церковной письменности, но и актуально как источник духовного познания для взыскующих его современных православных читателей.

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

ИС 14-408-0862



Перевод, комментарии П. К. Доброцветова

Редакция перевода Д. Е. Афиногенова

Преподобный Антиох Савваит как представитель Палестинского монашества и его «Пандекты»

В мае 2014 года исполнилось 1400 лет трагическим событиям взятия персами Иерусалима в 614 году, сопровождавшимся массовыми убийствами и пленением византийского христианского населения Иерусалима. Издательство «Сибирская Благозвонница» предлагает читателям публикацию перевода известного в древности произведения монашеской письменности «Пандекты Богодухновенных Писаний» преп. Антиоха Монаха[1], жившего в VI–VII веках в Палестине и ставшего очевидцем тех событий.

Сведений о самом авторе сохранилось совсем немного. Преподобный Антиох был монахом (а некоторые его называют даже игуменом[2]) Великой лавры святого Саввы в Палестине в первой половине VII века. Родился он в селении Медосага, которое находилось в 20 км от Анкиры в Галатии (Малая Азия)[3]. Антиох «принял постриг в Атталинском монастыре в Анкире, затем перешел в Лавру преп. Саввы Освященного близ Иерусалима, где и подвизался до своей кончины»[4].


Антиох, Евстафий — игумен Атталинского монастыря и преп. Савва Освященный. Манускрипт St. Sabbas, 76 (X в.)


В то время Византия переживала один из самых драматичных периодов своей истории — войну с Персией (602–628). В начале этой войны персы оккупировали восток империи — Палестину, Сирию, Малую Азию, Египет, и даже осадили Константинополь. В Палестину персы, возглавляемые военачальником Шахрваразом, вторглись в конце 613 — начале 614 года. Им активно помогали внутренние враги византийцев — иудеи, жившие на территории Византии: «Сотрудничество персов и иудеев было полным… Они стекались, чтобы записаться в персидскую армию», многие становились проводниками персов. Из 150–20 тысяч живших в Палестине иудеев, по подсчетам таких авторитетных историков, как Гиббон и Ролинсон, доля записавшихся в персидскую армию иудеев могла составлять от 26 тысяч до 36 тысяч человек[5], то есть более 10 % от их общей численности.

Местные же арабские племена, до сих пор связанные с византийской властью договоренностями, почувствовав ее ослабление и наступивший хаос, стали нападать на жителей этой богатой византийской провинции, начались грабежи. Арабы грабили и монастыри, в том числе захватили и Лавру святого Саввы: «В Великую Лавру преподобного Саввы мародеры ворвались за неделю до падения Иерусалима. Иноков, не пожелавших покинуть обитель (таких было сорок четыре), мучили в течение многих дней, пытаясь выведать, где хранятся сокровища, после чего убили всех до единого»[6]. Об этих трагических событиях рассказывается в послании преп. Антиоха к Евстафию, игумену Атталинского монастыря в Анкире, земляку преп. Антиоха («Послание Антиоха, монаха Лавры святого Саввы, Евстафию, игумену Атталинского монастыря города Анкиры в Галатии, от тамошних святых отцов»). Преп. Антиох сообщает, что остальная братия во главе с игуменом Никомедом успела покинуть монастырь и скрыться в Аравии (то есть на территории за Иорданом). Некоторые монахи, как, например, Стратигий, укрылись в Иерусалиме[7] и стали свидетелями и участниками последовавшей катастрофы[8]. Какое-то время спустя братия Лавры святого Саввы, спасшаяся бегством от захватчиков и грабителей в Аравию, вернулась в монастырь и, увидев убитых собратий, с великим плачем и почестями погребла их[9].

В конце апреля — в мае 614 года началась трехнедельная осада Иерусалима, закончившаяся падением города, несмотря на героическое сопротивление его защитников. Иерусалим подвергся чудовищному трехдневному разграблению и разрушению. Разные источники называют разное количество убитых — от 34 тысяч до 90 тысяч. При этом в жестокости местные иудеи превзошли захватчиков. «Иерусалимские евреи были на стороне персов и при взятии ими города принимали деятельное участие в избиении христиан», — пишет А. А. Васильев[10]. Шахрвараз оставшимся в живых жителям города обещал жизнь, но иудеи собрали большую сумму денег (каждый вложил по своему достатку) и на них выкупали пленных византийцев и убивали их[11]. Около 35 тысяч пленников, включая Иерусалимского патриарха свт. Захарию, были собраны на Елеонской горе, а затем через Дамаск отправлены в Персию. Персы завладели и величайшей святыней христианского мира — Крестом Господним. Его также вывезли в Персию. Было разрушено около трехсот монастырей и церковных строений, среди которых храм Воскресения Христова (храм Гроба Господня), построенный святым императором Константином и святой императрицей Еленой, церковь святого Стефана и др. Управление тем, что осталось от Иерусалима, персы на некоторое время вверили иудеям[12].

Трагедию взятия Иерусалима в христианском мире трудно оценить[13]. Преп. Антиох, как явствует из его «Пандектов», был в числе бежавших с аввой Никомедом и, соответственно, очевидцем произошедших событий.

Произведение, известное под названием «Пандекты Богодухновенных Священных Писаний», преп. Антиох составил по просьбе игумена Евстафия около 620 года[14]. Это творение преп. Антиоха, а также «Пасхальная хроника» и повествование Антиоха Стратигия считаются источниками сведений о взятии Иерусалима, современными самим описываемым событиям (другие авторы — Феофан, Михаил Сириец и Агапий писали об этом же позже). Кроме того, «Пандекты», безусловно, яркая страница в истории византийской церковной письменности.

Из предисловия преп. Антиоха видно, что братия игумена Евстафия после захвата персами окрестностей Анкиры в Малой Азии (около 619 года), спасаясь бегством, покинула монастырь и вынужденно скиталась по разным местам. Книги из монастырской библиотеки были, по всей видимости, утрачены, и потому преп. Антиох составляет сборник выдержек из Писания и отцов, который мог бы стать источником духовного утешения для странствующих братий и утоления «голода слышания слова Божия» (Ам. 8:11). По словам Дерваса Читти, «Евстафий, игумен одного монастыря возле Анкиры, подобно многим, бежавший еще до прихода персов, обратился к Антиоху с просьбой дать ему краткое изложение содержащегося в Писаниях учения, которое он мог бы носить с собою»[15].

Последующие события жизни Антиоха Монаха нам неизвестны, но Греческая Церковь чтит его память в лике преподобных 24 декабря, перед Рождеством Христовым по новому стилю. В Русской же Церкви нет отдельного дня празднования его памяти, и память этого святого совершается в Соборе преподобных отцов, в подвиге просиявших, в субботу сырную перед Великим постом[16].

В службе святым отцам, в обители святого Саввы просиявшим (первое издание — в Афинах в 1986 году), мы встречаем следующие песнопения в честь преп. Антиоха:


Тропарь. Глас 3

Оставив все земное, удалившись к подвижникам в пустыню, отче Антиох, преподобный, и просвещенный благодатию Святого Духа, ты просиял как писатель богоглаголивый, богоносец, с дерзновением Христу молись, да подаст благочестивым великую милость.


Кондак. Глас 3

Светило светлейшее и сиятельное ты показался концам Церкви блистаниями своих трудов сияя и писаниями твоими всех радуя, божественный отче Антиох, сего ради твою память совершая, мы верно воспеваем сущего над всеми Бога.


Величание

Свет умный Утешителя в сердце восприняв, писатель искусный явился весьма полезных Пандектов, богомудрый и блаженный Антиох.


Непонятное слово «Пандекты» в названии творения преп. Антиоха требует объяснения. Его можно перевести буквально как «вмещающие в себя всё», «всеобъемлющий словарь или энциклопедия»[17], следовательно, это произведение, имеющее характер флорилегия[18], претендует на широкий охват тем популярного характера. Упоминание же о Богодухновенных или Святых Писаниях свидетельствует о прежде всего библейской составляющей данного сочинения (хотя, отметим, лишь библейской цитацией преп. Антиох не довольствуется, а привлекает и святоотеческие источники). С этой точки зрения «Пандекты» Антиоха можно охарактеризовать как своего рода обширную энциклопедию нравственно-аскетического учения, базирующуюся на Священном Писании и отцах Церкви. Здесь «преп. Антиох с помощью многочисленных цитат вкратце изложил всю премудрость, заключенную в Священном Писании и трудах святых отцов Церкви, которую он постиг через собственный духовный опыт»[19].


Изображение преп. Антиоха в рукописи «Пандектов» из собрания СТСЛ (XIX в.)


Однако, судя по всему, это название (по которому даже самого Антиоха иногда именовали Антиохом Пандектом) более позднее, а сам Антиох назвал свое сочинение просто: «Сто тридцать глав». И либо его адресат игумен Евстафий, либо более поздний исследователь[20] или переписчик сделали дополнительное надписание: «Книга, содержащая Господни заповеди, а также их толкование, а также соответствующее им и вытекающее из них учение», а еще позже назвали ее «Пандектом»[21].

Труд преп. Антиоха был предназначен для монахов. Он состоит по преимуществу в изложении нравственных заповедей, направленных на борьбу с грехом и на практику добродетелей. Преп. Антиох стремился, чтобы его трактат стал своего рода кодексом монашеской жизни[22]. Впрочем, в силу популярного характера «Пандекты» выходят за рамки своего основного назначения и могут принести духовную пользу всякому христианину.

«Пандекты» включают 130 слов (или глав), посвященных различным темам, в основном касающимся нравственно-аскетической проблематики, а именно — приобретения добродетелей и борьбы со страстями. Есть также и непосредственно аскетические главы о борьбе с помыслами, молитве и т. п., имеющие сугубо монашеское содержание.

После слов «О вере» (которая служит фундаментом всего христианского нравственного учения) и «О надежде» преп. Антиох говорит о различных пороках и противоположных им добродетелях. С 86-го слова и далее автор касается в «монашеском преломлении» таких тем, как труд, бедность, гостеприимство, безмолвие, псалмопение, молитва и т. д. Последние слова посвящены страху Божию, любви Божией и Царству Небесному. Видно, что «Антиох продолжает аскетическое предание Палестины в современном ему поколении, придавая ему в то же время более богословскую окраску, хотя и простую»[23]. Богословские рассуждения мы находим в слове «О вере», где кратко раскрывается православное учение о Святой Троице, и в заключительном 130-м слове «О Царстве Небесном», где излагается христология на основе ороса Халкидонского Собора 451 года. Есть в «Пандектах» и полемическая заостренность, которая проявляется, когда речь идет о борьбе с еретиками и иудеями. В том же 130-м слове преп. Антиох приводит (на основе «Панариона» свт. Епифания Кипрского) перечень ересей (более чем 70 наименований) и еретиков (18 имен), с тем чтобы напомнить игумену Евстафию о необходимой бдительности в странствиях при возможных встречах с иноверцами. Выражением антииудейской полемики служит повествование в слове 84 «О снах» о монахе, принявшем иудаизм из-за диавольского внушения во сне и жалким образом завершившем свою жизнь.

Заканчиваются «Пандекты» так называемым исповеданием, своего рода молитвенным излиянием автора пред Богом, напоминающим плач ветхозаветных пророков (в особенности Иеремии) о разорении Иерусалима и пленении народа Божия халдеями (вавилонянами), только на сей раз новыми халдеями — персами. Здесь преп. Антиох молится о прекращении гнева Божиего на народ верных — православных христиан и о перемене его на милость.

Можно сказать, что это произведение написано на стыке библеистики и аскетики. Выстраивая свое сочинение, «Антиох следует методу объявления темы каждой главы в одном или больше предложениях и подтверждает данную тему множеством библейских и святоотеческих цитат. И хотя построение материала иногда выглядит неупорядоченным и чтение глав не всегда увлекательным, данное сочинение привлекало к себе внимание монахов той эпохи, так же как и последующих, и сослужило серьезную службу в монашеском нравственном учении»[24].


Иллюстрация из греческого издания «Пандектов» 1991 г. с предисловием свт. Нектария Эгинского


Как предполагает исследователь Панайотис Христу, сам автор определяет части, на которые разделил свой труд, как главы; в греческих изданиях они названы словами, а в латинских — гомилиями. Однако, говорит П. Христу, можно с вероятностью сказать, что «либо сам Евстафий, либо другой монашеский предводитель переработал его труд, придав главам форму монашеских оглашений»[25], то есть проповедей для монахов, где часто встречаются обращение «братия» и славословие Богу как традиционные элементы подобного жанра.

И хотя «Пандекты» нельзя назвать простым цитатником (фрагменты из Писания и святых отцов объединены в единый текст авторской речью), тем не менее по объему цитаты превышают авторский текст. И в этом проявляется смирение преп. Антиоха: главная задача преподобного — дать место слову Божию, Откровению; к тому же он повинуется Евстафию, просившему составить главы именно из библейских цитат. Однако подбирает эти цитаты на определенные темы преп. Антиох исходя из собственного духовного опыта, что само по себе уже представляет ценность. Очевидно, что игумен Евстафий рассчитывал именно на это, прося Антиоха написать такой труд.

Поэтому наибольший объем текста занимают библейские цитаты — всего около 2500. Из Ветхого Завета наиболее часто цитируются книги Премудрости, Сираха, Псалтирь. Из Нового Завета — Послания апостола Павла и Евангелия. В главах иногда просматривается определенный порядок цитирования. В начале главы после авторского вступления цитируется Ветхий Завет.

Евангельские слова Христа автор поставляет в конце главы, для смысловой «весомости». Глава обычно заканчивается славословием Богу. В предлагаемом русскому читателю издании новозаветные цитаты приводятся по синодальному переводу Библии; ветхозаветные цитаты, если их греческий текст и синодальный перевод совпадают, даются по синодальному переводу, в противном случае они приводятся на церковнославянском. Иногда же для лучшего понимания фразы современным читателем, не всегда хорошо знакомым с церковнославянским языком, приходилось ее «комбинировать» из синодального и церковнославянского текстов.

Игумен Евстафий просил преп. Антиоха составить сокращенное переложение учения Священного Писания, Антиох не ограничился этим и обратился также к учению отцов Церкви и церковных писателей, потому и название книги (где упоминаются лишь «Богодухновенные и Святые Писания») не «покрывает» собой всей полноты ее содержания[26]. Святые отцы Церкви и церковные писатели, цитируемые автором, по большей части относятся к тем, кого принято называть доникейскими[27], то есть жившими до 325 года. Преп. Антиох дает выдержки из творения Климента Александрийского «Кто из богатых спасется», приписывая его свт. Иринею Лионскому (впрочем, в сохранившихся произведениях св. Иринея данного сочинения не обнаруживается). Это повествование о юноше, крещенном апостолом Иоанном Богословом и затем, по нерадению местного епископа, которому апостол доверил его воспитание, впавшем в грехи и ставшем главарем шайки разбойников, но затем вновь призванном к покаянию святым апостолом (слово 122). Также мы встречаем цитаты из Посланий к ефесянам, смирнянам, траллийцам, филадельфийцам, магнезийцам, св. Поликарпу сщмч. Игнатия Богоносца (слова 1, 23, 85, 111, 112, 124); Послания к филиппийцам сщмч. Поликарпа Смирнского (слова 74, 96, 114, 123); «Послания о девстве» псевдо-Климента Римского (слова 1, 17, 18, 21, 22, 47, 86, 91, 96, 97, 98, 99, 111, 112, 122, 127, 130); «Пастыря Ерма» (по большей части из раздела «Заповеди» и немного из «Подобий») (слова 15, 25, 29, 61, 66, 74, 77, 79, 85, 94, 98, 106, 110, 122, 127).

Церковная письменность IV–VI веков представлена выдержками из «Церковной истории» Евсевия Кесарийского, фрагментами или аллюзиями из творений Евагрия Понтийского «О молитве»[28], преп. Нила Синайского «О восьми лукавых духах» (слова 18, 23, 24), трактата «О Божественных именах» из «Ареопагитского корпуса» (слова 1, 123).

«Внешняя» мудрость, то есть заимствования из языческих философов, историков и поэтов, в данном произведении отсутствует (в отличие, например, от такого произведения IX века, как «Пчела»).

В целом достаточно широкий спектр литературы, использованной в «Пандектах», свидетельствует о сохранности и богатстве библиотеки Лавры святого Саввы того времени, о том, что она продолжала оставаться важным центром создания и копирования рукописей[29], несмотря на внешние коллизии.

Что касается влияний и образцов для написания «Пандектов», то среди таковых можно назвать, во-первых, Евагрия Понтийского с его «Антирретиком» из восьми сотниц — подборкой библейских цитат против восьми главных страстей, которыми подвижник должен противоречить диаволу, искушающему его страстными помыслами. Во-вторых, по словам Панайотиса Христу, «Пандекты» имеют своим прообразом «Правила нравственные» и «Правила подвижнические» свт. Василия Великого, однако, как отмечает исследователь, все же уступают им, не имея ни методичности «Правил нравственных», ни оригинальности «Правил подвижнических»[30].


Изображение монаха-каллиграфа в манускрипте IX в.


Внес преп. Антиох свой, пусть и небольшой, вклад в православное литургическое предание. В сочинении преп. Антиоха содержатся несколько авторских молитв, некоторые из них вошли в православное богослужение: в слове 19-м — молитва, читаемая на повечерии; в слове 84-м — молитва, вошедшая в вечернее молитвенное правило («Молитва 2-я святого Антиоха ко Господу нашему Иисусу Христу»); в слове 85-м — молитва, читаемая после 12-й кафизмы. В нашем издании, чтобы читателю было легче ориентироваться в книге, эти и другие подобные им молитвенные тексты отмечены на полях словом «молитва». Предполагается также, что преп. Антиох составил и известную молитву «Иже на всякое время и на всякий час, на небеси и на земли…», повторяемую при чтении каждого из часов и на великом повечерии[31].

И несмотря на то что, по словам Г. Барди, учение Антиоха не вполне оригинально и собрано из многочисленных цитат (от себя добавим, что преп. Антиох к такой оригинальности и не стремился), по оценке другого известного исследователя древнего монашества, «в любом случае никто не назовет этот труд незначительным»[32], его называют «знаменитым»[33]; свт. Нектарий Эгинский в своем предисловии к изданию 1906 года писал, что «в целом это произведение представляет собой прекрасную систему нравственного богословия»[34], а свт. Феофан Затворник отметил, «что эту Пандекту справедливо можно назвать богооткровенным христианским нравоучением».

Нужно признать, что это сочинение по-прежнему актуально для православного читателя. Оно стоит в одном ряду с такими уже давно изданными на русском языке произведениями аскетической святоотеческой письменности, как произведения преп. Нила Синайского, «Поучения» преп. аввы Дорофея и «Лествица» преп. Иоанна Лествичника, а его автор, как личность и церковный писатель, — в одном ряду с такими представителями монашеской традиции Великой лавры (либо близкими к ней или часто посещавшими ее), как основатель Лавры преп. Савва Освященный, его биограф — Кирилл Скифопольский, преп. Иоанн Дамаскин, блж. Иоанн Мосх, свт. Софроний Иерусалимский и Феодор Абу-Кура.

Творение преп. Антиоха было весьма популярно и востребовано в Византии и ее культурном ареале, как на Востоке, так и у славян, а также в Древней Руси, о чем свидетельствует сохранность «Пандектов» на греческом, славянском (начиная с X века) и арабском (на рубеже XI–XII веков) языках.

Как пишет диакон В. Василик, на славянский язык «Пандекты» были переведены в X веке в Болгарии; древнейший из сохранившихся славянских списков этого произведения относится к XI веку, «списки XV–XVI вв. многочисленны. Многие поучения из него попали в состав “Пролога”»[35].

«Композиция [этого произведения] вдохновила в XI веке Никона Черногорца составить подобный флорилегий из 63 глав под названием “Истолкование Господних заповедей” или “Пандекты”, навеянный захватом турками Антиохии и ее окрестностей в 1084 году. Герасим, которому он адресовал свое произведение, был также монахом монастыря св. Саввы, и “Пандекты” были переведены на арабский язык вскоре после своего составления также монахом монастыря св. Саввы»[36].

«Пандекты» были помещены в «Великие Четии-Минеи» свт. Макария, митрополита Московского. Это обстоятельство, по-видимому, объясняет наличие ссылок на преп. Антиоха (шесть раз) и многочисленных цитат из «Пандектов» (из 196 поучений в тридцати главах — 42 из «Пандектов») в поучениях преп. Серафима Саровского, помещенных в «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря»[37]. Так, полностью из цитат из «Пандектов» составлены четыре главы поучений преп. Серафима: «2. О вере», «4. О любви к Богу», «26. Против излишней попечительности», «27. О печали». Преп. Антиох — самый цитируемый автор в этом собрании поучений преп. Серафима, что говорит о многом: столь великий русский святой, почитаемый во всем православном мире, читал преп. Антиоха, вдохновлялся им в своих подвигах и поучал духовных чад его строками.


Вид монастыря св. Саввы Фото иером. Феодора (Юлаева)


«Пандекты» и позже привлекали внимание наших соотечественников. В рукописном архиве сохранился перевод «Послания к Евстафию» и слова 1-го («О вере») свт. Феофана Затворника; в библиотеке Свято-Троице-Сергиевой лавры есть рукописный русскоязычный перевод «Пандектов», выполненный неизвестным автором XIX века.

Что касается печатных изданий «Пандектов», то они привлекали внимание книгопечатников еще издавна. Первое печатное издание, латинский перевод, «Пандектов» вышло в Париже в 1543 году (Pandectes Scripturae Divinitus Inspiratae sancti patris Antiochi ante annos quidem ab hinc nogentos ab authore aeditus nunc vero primum donatus Latio per Godefridu Tilmannum Cartusiae Parisiensis ex professo monachum. Parisiis, 1543). Следующее печатное издание, на сей раз латинский перевод вместе с греческим оригиналом, вышло в «Патрологии» Миня (Patrologiae cursus completus (series Graeca). T. 89. Col. 1421–1856. Paris, 1857–1866). Греческий текст отдельно выпускался дважды: трудами свт. Нектария Эгинского в 1906 году в Афинах (Αντιόχου εκ της Γαλατίας Μοναχού της Λαύρας του αγίου Σάββα Πανδέκτες των Θεοπνεύστων Αγίων Γραφών. Εκδίδοται προς ηθικήν των Χριστιανών ωφέλειαν υπό Νεκταρίου Κεφαλά Μητροπολίτου Πενταπόλεως. Αθήνα, 1906) и затем был переиздан в 1991 году в Салониках. В России выходили в свет только церковнославянские переводы «Пандектов»: в издании «Четий-Миней» (Декабрь 24. Стб. 1864–2183) и частичные издания из славянских рукописей[38].

Пока готовилось нынешнее издание, вышел в свет румынский перевод «Пандектов» (Ale celui sfinti parintelui nostrum Antioch Pandectul, monah al Lavrei Sfintului Sava 130 de capete care cuprint pe scurt toata invatatura Scriptulilor de Dumnezeu insuflate / Traducere din limba greaca veche de Adrian Tanasescu-Vlas. Sofia; Bucuresti, 2014), что подтверждает актуальность данного произведения. Тем более важным оказывается, что столь известный для христианской аскетической традиции текст на русском языке публикуется полностью впервые.