1. Вводится в повествование новое лицо — родственник покойного Елимелеха и, следовательно, Ноемини (евр. moda, LXX: γνώριμος, слав.«муж знаемый»— собственно «знакомый», но ввиду принадлежности его к племени Елимелеха — «родственник», — как в русском, ср.III:2). Вооз (евр., Boaz; LXX: Βοοζ; Vulg. Booz). Еврейское написание имени одинаково с названием одной из медных колонн, поставленных Соломоном в притворе храма — Воаз (3 Цар VII:21 [59]; 2 Пар III:17 [60]); значение имени передается двояко: 1) «в нем — крепость» (bо и az), или 2) от арабского корня «ловкость, подвижность» (Гезениус). В том и другом случае Воозу приличен эпитет «isch gibborchaiI» (Vulg. homa potens, слав.«муж силен», русск. «человек очень знатный»), обычно обозначающий человека богатого (1 Цар IX:1 [61]; 4 Цар XV:20 [62]) или мужественного, храброго, доблестного героя (Суд VI:12 [63]; XI:1 [64]; 3 Цар XI:28 [65]; Неем XI:14 [66]).

2–3. Руфь спешит помочь тяжелому положению, в котором оказались обе женщины по прибытии в Вифлеем. Древнееврейский обычай, санкционированный законом (Лев XIX:9–10 [67]; XXIII:22 [68]; Втор XXIV:19 [69]), предоставлял в пользу бедных, между прочим, известную часть нивы, оставляемую недожатой, забытые снопы и упавшие при сборе колосья. Руфь пользуется этим правом, может быть, не зная его законной санкции, а просто надеясь на человеческую доброту жнецов и хозяев; к счастью, «случайно» (евр. midreh, Vulg. accidit понятие «случая» чрезвычайно редко в библейском словоупотреблении и мировоззрении, принадлежа более язычникам, напр., 1 Цар VI:9 [70]) она попадает на ниву Вооза, где и начала подбирать колосья за жнецами.

4. Приветствие Вооза жнецам напоминает приветствие Ангела Гедеону (Суд VI:12 [63]), ответное приветствие жнецов ему близко к благожеланию при жатве в Пс CXXVIII:8 [71]. Приветствие Вооза и ответ жнецов рисуют привлекательную простоту и сердечность отношений господина и слуг.

5–7. На вопрос Вооза о Руфи приставник дает ответ для нее благоприятный: указание на самоотверженную преданность ее Ноемини и чрезвычайное ее трудолюбие.

8–9. Это располагает Вооза в пользу Руфи, и он разрешает ей постоянный сбор колосьев исключительно на его поле, поручая ее охране служанок и ограждая от обид со стороны жнецов (ср.14–15 ст.).

10–13. Здесь в одинаковой степени привлекательны как смиренная признательность Воозу Руфи, все оставившей на родине ради Израиля и Бога его и не притязающей на благодеяния в Израиле (ст. 10, 13), так и доброта и благочестие Вооза, проникнутого верой в особенный промысел Иеговы о Израиле (как бы крыльями осеняющего и защищающего народ свой, ср. Втор XXXII:11–12 [72] и Пс XXXV:8 [73]; IVI:2 [74]; XС:4 [75]), не оставляющий без памяти и всякого, надеющегося на Него (Пс XС:1 [76]), не исключая и «пришельца во вратах Израиля» (Втор XIV:29 [77]), — принимающего жертву бескорыстной преданности Руфи Ноемини в качестве великого богоугодного поступка, достойного самой полной и совершенной награды от Бога, и готового послужить орудием милости Божией к бедной женщине (11–12). «Благословение сие (Вооза Руфи) исполнилось, потому что прияла она полную мзду от Господа, сделавшись праматерью Благословения народов» (Блаж. Феодорит, с. 315).

14. Xарактерно изображение трапезы восточного простолюдина. Обед состоит из кусков хлеба, обмакиваемых в уксус (евр. chomez — питье, употребительное на Востоке в знойное время и теперь, несмотря на ограничения запрещением вина у мусульман), к этому присоединяется kaIi, греч. αλφιτον, слав.«пряжмо»— сушеные зерна (ср. Лев XXIII:14 [78]).

15–16. Беседа с Руфью, видимо, еще более возвысила ее в глазах Вооза, и он делает новые распоряжения жницам о содействии бедной женщине в сборе хлеба; но и теперь, как ранее, еще не упоминает о родстве своей с покойным мужем Руфи. Последнее открывает ей уже Ноеминь по возвращении ее вечером первого дня сбора хлеба на полях Вооза (ст. 20).

17–18. Размер дневного сбора ячменя Руфи, вымолоченного ею в поле же, равнялся ефе, евр. epha, LXX: οιφί (οίφεί), Vulg. ephi, слав.ифи; мера эта, по Иудейской традиции (Midrasch, s. 42), равнялась трем сатам (Vulg. tres modii); по И. Флавию (Ant. VIII, 2, 9), 72 секстарам или 1 аттич. μετρητής.

19–22. Обилие собранного Руфью хлеба (ст. 17), остатки обеда, ею принесенные (18), наконец, сообщение имени Вооза (19), — все это немедленно вытесняет из сердца благочестивой Ноемини прежнюю горечь (I:13,20) и исторгает у нее слова благодарения Иегове и благословения Воозу (20); теперь же она сообщает Руфи о родстве Вооза. И дальнейшее сообщение Руфи о милостивом разрешении Вооза быть все время жатвы со слугами его (21) могло теперь же побудить Ноеминь подумать об устроении судьбы невестки (ср.III:1).

23. В течение всей жатвы (ячменя и затем через недели 2–3 пшеницы), т. е. около 3-х месяцев (Midrasch, s. 44), Руфь работала на полях Вооза, живя у Ноемини. В Вульгате последние слова ст. 23, гл. II: «vatteschev et — chamotag» («жила у свекрови») отнесены к ст. 1, гл. III, начинающейся в Вульгате: «postquam auIem reversa est ad soream suam».