Несомненно, наш Спаситель предполагает Божественное происхождение Моисеева института, и, независимо от Его авторитета, я полагаю, что очень трудно указать какую-либо другую причину возникновения или существования этого института; особенно из-за того исключительного обстоятельства, что евреи придерживаются единства Бога, в то время как все остальные народы скатились к политеизму; из-за того, что они мужчины в религии, дети во всем остальном; отставая от других народов в искусстве мира и войны (опять же, суждение XVIII в. — Пер.) , превосходят наиболее совершенные в своих чувствах и доктринах, касающихся Божества.[64]

Несомненно также и то, что наш Спаситель признаёт пророческий характер многих древних авторов. Таким образом, мы, христиане, обязаны идти до конца. Но возлагать на христианство ответственность за фактическую истинность каждого отдельного отрывка Ветхого Завета, за подлинность каждой книги, за информацию, верность и суждения каждого автора в нём — значит создавать, я бы не сказал, что огромные, но всё же ненужные трудности для всей системы. Эти книги были широко известны и почитаемы иудеями во времена нашего Спасителя. Он и Его апостолы, как и все остальные иудеи, ссылались на них, упоминали их, использовали их. Однако, за исключением тех случаев, когда Он прямо приписывает божественную силу конкретным предсказаниям, я не знаю, можем ли мы сделать какой-либо вывод из того, что эти книги использовались и применялись сверх того, что они, несомненно, были широко известны и почитаемы в то время. (В XVIII в. на Западе еще только началось освоение части межзаветных текстов, не говоря уже о том, что не был известен Кумран. — Пер.).

С этой точки зрения наши Священные Писания являются ценным свидетельством для иудеев. Но следует понимать природу этого свидетельства. Оно, безусловно, сильно отличается от того, чем его иногда представляют, -от конкретного подтверждения каждого отдельного факта и мнения. и не только о каждом конкретном факте, но и о мотивах, побудивших к тому или иному действию, а также о том, как они были восприняты с одобрением или осуждением. Св. Иаков в своём Послании говорит: «Вы слышали о терпении Иова и видели конец Господа». Несмотря на этот текст, реальность истории Иова и даже само существование такого человека всегда считались достойными изучения и обсуждения среди христианских богословов. Авторитет св. Иакова считается убедительным доказательством того, что в то время существовала книга Иова и что евреи её читали. Св. Павел во Втором послании к Тимофею приводит такое сравнение: «Как Ианний и Иамврий противостояли Моисею, так и сии противятся истине». Эти имена не встречаются в Ветхом Завете. Неизвестно, взял ли св. Павел их из какого-то апокрифического текста, существовавшего в то время, или из предания (На самом деле это волхвы фараона из довольно популярного тогда Таргума Псевдо-Ионатана на Чис.22.22. — Пер.). Но никто и представить себе не мог, что св. Павел здесь отстаивает авторитет письменного источника, если это был письменный источник, который он цитировал, или берёт на себя ответственность за подлинность предания; тем более что он настолько глубоко погружается в эти вопросы, что достоверность его собственной истории и миссии зависит от того, противостояли ли Моисею Ианний и Иамврий или нет. Трудно сказать, по какой причине другие упоминания требуют более тщательного толкования. Я не имею в виду, что другие отрывки еврейской истории опираются на не лучшие свидетельства, чем история Иова или Ианния и Иамврия (я думаю совсем иначе); но я имею в виду, что ссылка в Новом Завете на отрывок из Ветхого не настолько подтверждает его авторитет, чтобы исключить всякое исследование его достоверности или отдельных причин, на которых основана эта достоверность; и что это неоправданное, а также небезопасное правило — устанавливать относительно еврейской истории то, чего никогда не устанавливалось относительно какой-либо другой, что либо каждая частность в ней должна быть правдой, либо все остальное полная ложь.

Я счёл необходимым прямо заявить об этом, потому что в последнее время возродилась мода, введённая Вольтером и поддерживаемая учениками его школы, -нападать на христианство через призму иудаизма. Некоторые возражения такого рода основаны на неверном толковании, некоторые -на преувеличении, но все они исходят из предположения, которое не было подкреплено аргументами, а именно: что свидетельство, которое автор и первые учителя христианства дали божественной миссии Моисея и пророков, распространяется на все аспекты и части еврейской истории; и что это свидетельство делает христианство ответственным за фактическую достоверность (я чуть было не сказал «за критическую точность») каждого повествования, содержащегося в Ветхом Завете.