***
188.Г. А. Бениславской. Между 13 и 15 декабря 1924 г. (с. 187). – Хроника, 2, 161 (с конъектурой публикатора).
Печатается по машинописной копии (РГАЛИ); в текст введены конъектуры, необходимые для его понимания. Подлинник телеграммы неизвестен.
Датируется по следующим соображениям: 1) публикуемый текст извлечен из письма Г. Бениславской Есенину от 15 дек. 1924 г., где сопровожден фразой: «Получили Ваши обе телеграммы из Батума» (Письма, 258); 2) в письме Г. Бениславской В. Эрлиху от 12 дек. 1924 г. говорится лишь об одной телеграмме, пришедшей от Есенина из Батума (Письма, 343). Исходя из этого, и установлен интервал времени, в течение которого в Москве могла быть получена вторая телеграмма поэта. См. об этом также: Хроника, 2, 321.
Бениславская ответила 15 дек. «Что это значит? Что подтвердить: получение адреса? Телеграммы? Что значит слово „четырехсот“? И до получения каких денег? В Батуме или от нас? Быть может, Вы что-либо писали нам, но до нас не дошло?» (Письма, 258).
Еще не получив этого письма, Есенин разъяснил, о чем шла речь в телеграмме, письмом от 17 дек.: «Мне выслали из Армении 400 руб. Куда они попали, я не знаю. Я собирался в Москву и дал адрес Ваш, но потом я их предупредил, что не еду, и дал адрес другой. Не знаю, куда они попали. Если попадут к Вам, направьте ко мне» (наст. том, с. 190). Через несколько дней, 20 дек., он сообщил Бениславской: «Деньги мои пришли. Так что беспокоил Вас напрасно. <…> В Армении выходит на армян<ском> языке целая книга» (наст. том, с. 194–195).
Возможно, этот неосуществившийся проект так или иначе связан с эпизодом, много лет спустя описанным в воспоминаниях Л. И. Повицкого:
«Есенин по приезде в Батум остановился в местной гостинице. Через несколько дней я заехал за ним, чтобы перевезти его к себе. <…> Он вынес свои чемоданы из номера, и мы собрались уже выйти, как вдруг на нас с громкой руганью накинулся заведующий гостиницей – старик армянин:
– Не пущу чемоданы, заплати деньги!
– Я вам объяснил, – ответил Есенин, – деньги я получу через два-три дня, тогда и заплачу!
– Ничего не знаю! Плати деньги! – кричал на всю гостиницу рассвирепевший старик.
Есенин тоже повысил голос:
– Я – Есенин! Понимаешь или нет? Я сказал – заплачу, значит, заплачу.
На шум вышел из соседнего номера какой-то гражданин. Постоял с минуту, слушая шумную перебранку, и подошел к заведующему:
– Сколько Есенин вам должен?
Тот назвал сумму.
– Получите! – И неизвестный отсчитал старику деньги.
Старик в изумлении только глаза вытаращил.
Есенин поблагодарил неизвестного и попросил у него адрес, по которому можно вернуть деньги. Тот ответил:
– Мне денег не нужно. Я – редактор армянской газеты в Ереване. Пришлите нам в адрес газеты стихотворение – и мы будем в расчете.
Есенин пообещал и сердечно попрощался с неожиданным спасителем» (Восп., 2, 245–246).
Не исключено, что поэт мог договориться с этим журналистом (фамилия его неизвестна) и о дальнейшем сотрудничестве. Итогом этой договоренности и стал четырехсотрублевый аванс из Армении.
