В. С. ЧЕРНЯВСКОМУ*

После 12 или 13 июня 1915 г. Константиново

Дорогой Володя!*Радехонек за письмо твое.*Жалко, что оно меня не застало по приходе. Поздно уже я его распечатал. Приезжал тогда ко мне Каннегисер. Я с ним пешком ходил в Рязань, и в монастыре были, который далеко от Рязани.*Ему у нас очень понравилось. Все время ходили по лугам, на буграх костры жгли и тальянку слушали. Водил я его и на улицу. Девки ему очень по душе. Полюбилось так, что еще хотел приехать.*Мне он понравился еще больше, чем в Питере. Сейчас я думаю уйти куда-нибудь. От военной службы меня до осени освободили. По глазам оставили. Сперва было совсем взяли.*

Стихов я написал много. Принимаюсь за рассказы. 2 уже готовы.*Каннегисер говорит, что они ему многое открыли во мне. Кажется, понравились больше, чем надо.*Стихов ему много не понравилось, но больше восхитило. Он мне объяснял о моемпантеизмеи собирался статью писать.*

Интересно, черт возьми, в разногласии мнений. Это меня не волнует, но хочется знать, на какой стороне Философов и Гиппиус. Ты узнай, Володя.*Меня беспокоит то, что я отослал им стихи, а ответа нет.*

Черновиков у меня, видно, никогда не сохранится. Потому что интересней ловить рыбу и стрелять, чем переписывать.

За июнь посмотри «Сев<ерные> зап<иски>». Там я уже напечатан, как говорит Каннегисер.*Жду только «Русскую мысль».*Читал в «Голосе жизни»*Струве. Оба стиха понравились.*Есть в них, как и в твоих, «холодок скептической печали».*

Стихов я тебе скоро пришлю почитать. Только ты поторопись ответом.

Самдели уйду куда-нибудь.

Милый Рюрик! Один он там остался!*

Городецкий мне всё собирается писать, но пока не писал.*Писал Клюев, но я ему всё отвечать собираюсь.*Рюрику я пишу,*а на Костю осердился. Он не понял как следует. Коровы хворают, люди не колеют.*

Вот стишок тебе один. Я странник улогой*В кубетке сырой. Пою я про Бога, Как сыч за горой. На шелковом блюде Опада осин. Послухайте, люди, Ухлюпы трясин. Ширком в луговины Целуя сосну, Поют быстровины Про рай и весну. Я странник улогой Лишь в песнях живу, Зеленой дорогой Ложуся в траву. Покоюся сладко Меж росновых бус. На сердце лампадка, А в сердце Исус.

Извести меня, каковы стихи, и я пойму о других. Перо плохое. Чернила высохли. Пишешь, только болото разводишь. Пока прости.

Любящий тебя Сережа.