214.Н. К. Вержбицкому и С. Н. Вержбицкой. До 12 апреля 1925 г. (с. 210). – Есенин 6 (1980), с. 153, с неверной датой («До 13 сентября 1924 г.»).

Печатается по копии рукой С. А. Толстой-Есениной (ГЛМ). К этой копии приложена следующая пояснительная записка Г. Назарова: «Список письма Есенина к Вержбицкому Николаю Константиновичу, адресованное <в> гор. Тбилиси, подлинное было передано Николаю Стору, журналисту „Заря Востока“, который вместо подлинника вернул копию. 11. XI-56. Назаров» (ГЛМ). Местонахождение автографа ныне неизвестно.

Датируется по содержанию: в тексте упоминается Баку – город, где тогда находился Есенин, – и число месяца (13). Сам месяц и год определяются по сопоставлению фразы: «С Галей и сестрой у меня большой разлад…» – с содержанием пп. 213 и 215 (см. реальный коммент.). Первая адекватная датировка – Есенин 3 (1983), с. 317.

…думаю, что Колина гитара не забыла меня…– В воспоминаниях Вержбицкого говорится: «Если я играл на гитаре и пел старинные русские романсы, Есенин всегда внимательно слушал, а когда я останавливался, просил:

– Еще! Еще что-нибудь!» (Вержбицкий, с. 89).

Впрочем, поскольку ниже в письме упомянут «котенок Жоржик», не исключено, что гитара адресата возникла здесь как своего рода отзвук следующих слов из письма Г. Назарова Есенину от 19 дек. 1924 г.: «Гитара плачит, завёт тебе, мы все плачим без тибя» (Письма, 267; орфография оригинала сохранена).

…две кобуры…– Эти атрибуты жилища Вержбицких также связаны с «котенком Жоржиком». В 1924 г., в первый день по переезде Есенина из тифлисской гостиницы на квартиру своего друга, пришедший туда Г. Назаров был, по его словам, встречен следующим образом: «Дядя Сережа направил на меня две пустых револьверных кобуры и крикнул мне: „Руки вверх“. Я испугался и побежал домой. Когда я услышал позади себя хохот, я понял, что это была шутка… Вот так и произошло наше первое знакомство» (ГЛМ; цит. по: Есенин 6 (1980), с. 338).

…«на свете рыцарь бедный»…– Слова из песни Франца, героя «Сцен из рыцарских времен» А. С. Пушкина (1835; Пушкин 1917, стб. 1109).

С Галей и сестрой у меня большой разлад…– 8 апр. 1925 г. Есенин писал Бениславской: «Прошу Вас не относиться ко мне, как это было в Батуме, а Катьку (пошлите к <…> матери). Вырастет большая, поймет. <…> Галя, больше я Вам не напишу. Разговор будет после внимания…» (п. 213). 22 апр. в телеграмме сестре и Г. Бениславской поэт потребовал задержать издание книги «Рябиновый костер», добавив: «Если сглупите, выгоню» (п. 215). По возвращении Есенина в Москву (конец мая 1925 г.) разлад, о котором он здесь пишет, углубился, и летом он ушел от Бениславской.

…не знаю ни 000. – Эти три нуля, по-видимому, возникли здесь лишь при копировании автографа письма, заменив собой трехбуквенное обсценное слово.

…ты, Коля, собираешься в Персию? ~ черкни (Баку). – Ни об этой поездке, ни об ответном письме Вержбицкого Есенину апр. – мая 1925 г. сведений не выявлено.

К 13 с<его>м<есяца>я думаю приехать дня на 2 в Тифлис. – Это намерение не осуществилось.