В середине ночи Еврей был внезапно разбужен. С тех пор как Шендель нянчила второго ребенка, она спала в другой комнате; окно было широко открыто, за ним дышала тихая ночь. Голос крикнул: «Подними глаза к небу». Он подошел к окну и посмотрел вверх. Не было видно ни звезд, ни луны. Тьма была непроницаема. Внезапно раздался пронзительный долгий гудящий звук небесного шофара, и в то же мгновение тьма расступилась. Из красных сосцов первородного света хлынула молочная белизна. Ее капли падали во внезапно осветившийся и засверкавший маленький пруд. По окружности его разлился зеленоватый блеск. Еврей стоял уже на берегу этого пруда. Он не видел ничего, кроме молочного сияния. В этом сиянии вдруг задвигалось что-то. Из центра его поднялась волна, изогнулась и приняла форму человеческого тела. Еврей увидел огромную женщину, закутанную от макушки до щиколоток в черное покрывало. Видны были только ступни, стоявшие вводе, и сквозь воду было видно, что они в темной пыли, как бывает у странствующих босиком по дорогам. Были видны и кровавые раны на них.

Женщина сказала: «Я смертельно устала, потому что меня преследуют. Я смертельно больна, потому что меня мучили. Я опозорена, потому что меня не узнали. Вы — мои мучители, из-за вас я все еще в изгнании.

Когда вы враждуете друг с другом, вы гоните меня. Когда вы злоумышляете друг против друга, вы мучите меня. Когда вы убиваете друг друга, вы не хотите знать меня. Все вы терзаете своих близких, и тем самым вы терзаете и меня.

И ты сам, Яаков Ицхак, знаешь ли ты, как ты преследуешь меня и как удаляешься от меня? Нельзя любить меня и не сострадать всем существам. Я поистине с вами. Не думай, что от моего чела исходят небесные лучи. Моя слава — в вышних. Мое лицо — лицо сотворенного существа».

Она приподняла покрывало, и он узнал ее лицо.

Она сказала: «Когда я найду успокоение? Когда я смогу вернуться домой? Поможешь ли ты мне, Яаков Ицхак? Поможешь ли ты мне хоть немного? »

И тут фигура исчезла. И пруд исчез тоже.

Яаков Ицхак очнулся у окна. Голос крикнул: «Приблизься ко мне, и мое спасение приблизится». Тьма рассеялась. Внезапно в небе появилась белая луна, окруженная большим красноватым кругом. По обеим ее сторонам парили два крылатых существа, крылья одного были огненные; а другого — снежно-белые. Они полетели к земле, к Еврею.

«Ты должен учить», — сказало одно.

«Ты должен умереть», — сказало другое.