Хосе Тавара прибыл в город лачуг, расположенный на скалистых склонах фермерской долины, 11 лет назад. Студент семинарии, он прибыл в Карабайо, район Лимы, с тем чтобы решить, принимать ему сан священника или нет. Он решил остаться, но не как священник. В прошлом году как кандидат руководимой марксистами коалиции Тавара победил неверных политических союзников и дюжину клеветников-оппонентов, завоевал 47 % голосов и во второй раз стал мэром Карабайо.

Даже отвергнув сан священника, Пепе (уменьшительное от Хосе) Тавара довел теологию освобождения до крайности, используя классическую христианскую низовую общину как трамплин для политической власти и социальных изменений. Он сохранил набожность, но его духовные обязательства побуждают его вести более активную работу. «Политическая деятельность кажется мне значительно привлекательнее, потому что она дает более успешные результаты», — говорит Тавара.

Деятельность.Большинство из 65 тыс. жителей Карабайо — мигранты из провинции Сьерры. «Это люди, покинувшие свои земли, дом, друзей, семьи и традиции ради жизни в аду», — говорит Поль Ульет, приходский священник. В квартале «Эль Прогресо» (в Карабайо) 20 тыс. жителей обслуживают три врача; только 40 % рабочей силы занято постоянно, и средний доход рабочего составляет 70 долл. в месяц. Для жителей Карабайо политическая деятельность означает попытку выжить.

Тавара считает, что политическая деятельность должна поддерживаться воспитанием. «Каждый раз, как он начинает говорить, он воспитывает, — отмечает Сусана Вильяран, светская активистка. — Он скорее пытается выдвигать идеи, чем лозунги». На недавнем городском митинге Тавара спокойно и молча слушал обмен мнениями об улучшениях в Карабайо. Затем он в течение десяти минут говорил о городском развитии, используя простой язык, обогащенный экскурсами в Библию и примерами из повседневной жизни.

Исследование.Церковные и светские работники годами посвящали себя воспитанию лидеров общины, по большей части через семейные классы катехизиса. Родители, желающие крестить своих детей, должны были пройти религиозно-воспитательную программу. Но катехизис в Карабайо — больше чем механическое повторение религиозной доктрины. Он также предусматривает особые формы исследования социальных и политических условий, в которых члены общин борются за выживание. Одна из таких форм — группы катехизиса, отмечал Тавара, сделала вывод, что «Бог не несправедлив. Бедность — не решение Бога».

В этом контексте сделать шаг от религиозного убеждения к политической деятельность естественно, но, утверждает Тавара, не обязательно при этом руководствоваться марксистской идеологией, как считают некоторые его критики. «Нам надо пользоваться самыми подходящими методами понимания окружающей нас действительности, — говорит он. — Но наш вдохновитель — не марксизм, а Бог». По иронии судьбы, до сих пор в Карабайо нет церковного здания. Массы собираются там, где находится для этого место, или в центре по воспитанию взрослых. «Разве правильно вкладывать в бетон 50 тыс. долл., если народ голодает?» — спрашивает священник Ульет. Прихожане и духовенство планируют начать строительство храма в этом году. Краеугольный камень, во всяком случае, уже несколько лет назад заложен в сердцах прихожан.