41.1. Невозможно участвовать в духовных битвах, если сперва не укротить скупость и похоти плоти.

41.2. Ум не может свободно созерцать Бога, если жаждет страстей и скупых желаний этого мира, как глаз, что покрыт пылью, не может видеть далеко.

41.3. Скупость и сребролюбие больше всякого греха. Таким образом, Соломон говорит: «Нет ничего злее сребролюбия; свою душу можно продать, потому что отбрасываешь самое сокровенное в жизни человека» (Сир. 10:8–9).

41.4. Жадность является составным материалом всех грехов. Отсюда и Апостол говорит: «Ибо сребролюбие есть корень всех зол; и в стремлении разбогатеть некоторые отклонились от веры» (1 Тим. 6:10). Поэтому, если корень греха отсечен, других ответвлений греха не будет.

41,5. Многие люди отреклись даже от самой веры из-за мирской жадности. Жадность продала Христа (ср. Мф. 26:15). И у многих людей есть желание иметь столько вещей, принадлежащих другим, что они даже не боятся совершить убийство, как и с Ахавом, который удовлетворил свою скупость аппетит через пролитие крови (ср. 3 Цар. 21:1–14).

41.6. Часто нечестивцы достигают того зла, которого они жаждут, так что они могут быть наказаны более сурово в результате своего злого желания. Бог, однако, не позволяет Своим избранным прийти к свершению злых желаний, но обращает их умы в печаль вместо того, что они нашли бесполезное желание в мире, чтобы они могли прийти в себя и через этот опыт вернулись к Богу, потому что отказались от этих вещей в их уме. Поэтому милостивый Бог противится тому, которому не разрешено приобретать то, чего он жаждет в этом мире. Это происходит по тайному суду Божию, потому что они пострадают более остро, если бы результат от их действий последовал бы сразу за их жадностью.

.41.7. Жадность никогда не знает удовлетворения. «Ибо алчный всегда хочет», и сколько бы человек ни приобрел, он ищет еще большего; его мучает не только желание накопить больше, но он страдает от страха потерять то, что имеет.

41.8. Мы приходим в эту жизнь бедными и уходим из этой жизни бедными (ср. Иов 1:21). Если мы верим, что блага этого мира погибнут, то почему мы с такой любовью желаем того, что погибнет?

41,9. Обычно сильные мира сего воспламеняются великим безумием жадности, чтобы исключить бедных людей из своего непосредственного окружения, чтобы они не позволили им жить рядом с собой. Именно о них пророк правильно говорит: «Вы, соединяющие дома, прибавляющие поле к полю, пока не останется места ни для кого, кроме вас, и вы останетесь жить одни посреди земли» (Ис. 5:8). О том, что ад, то есть дьявол, захватывает таких людей, ведя их в погибель, возвещает тот же пророк, говоря: «Поэтому преисподняя увеличила свой аппетит и открыла уста свои чрезмерно; знать Иерусалима и его множество падут, ее толпа и все, ликующие о ней» (Ис. 5:14). Неудивительно, что те, кто сделали очень мало, чтобы потушить пламя своей жадности, пока живы, умирая, тотчас отправляются в адский огонь.

41.10. Тех, кто сгорает от жадности, поглощает дыхание дьявольского вдохновения. Оно воспламенило ум Евы гордостью, чтобы она ела от запретного дерева (ср. Быт. 3:5). Оно настроило ум Каина воспламениться завистью, чтобы он убил брата своего (ср. Быт. 4:8). Оно воспламенило Соломона пламенем распутства (ср. 3Цар 11:4), повелев, чтобы он из любви к похоти поклонялся идолам. Оно воспламенило Ахава жадностью (ср. 3 Цар. 21:1–14), чтобы присоединить к алчности убийство. Так дьявол этими внушениями развращает человеческие сердца скрытыми скупыми желаниями.