6.1. Предопределение двоякое: либо для избранных на покой, либо для проклятых на смерть. И то, и другое совершается в результате Божественного суждение, которым он заставляет избранных всегда стремиться к сверхъестественным .и внутренним вещам, и позволяет проклятым, оставив Его, всегда наслаждаться низшими и внешними вещами.

6.2. Так же, как человек не знает предела света и тьмы или какова может быть граница того и другого (ср. Иов 38:18–20), так что даже более того, никто не знает, будет ли после его смерти ему предшествовать свет праведности, или же он будет сокрыт тьмой своих грехов даже до самого конца; или, обратившись после попадания в тьму, он восстанет к свету. Все это известно Богу, но скрыто от человека.

6.3. Хотя праведное поведение в этой жизни может быть достойным одобрения, людям до сих пор неизвестно, для чего они предназначены и предопределены. Все остается на усмотрение будущего.

6.4. Это необыкновенное сверхъестественное распределение касается тех, кто в этой жизни становятся более праведны как праведные и более нечестивы как отверженные (ср. Откр. 22:11); но злой человек иногда обращается к добру, а хороший человек иногда возвращается к злу. Один желает быть хорошим и не добивается успеха; другой желает быть злым, но ему не разрешен вход туда; одному дается, если он желает быть добрым; другой не желает этого и ему не дано быть добрым. Один человек рождается и умирает в заблуждении; другой пребывает до конца в том благе, в котором он начал. Один человек долго стоит, а потом падает; другой, хотя и живет плохо, в конце концов спасается и превращается в благочестивого.

6.5. Праведный желает преуспевать в добре, но не достигает успеха; нечестивый желает причинить вред и ему это удается; один человек желает освободиться от Бога и затруднен в этом мире; другой желает запутать дела и не доводит их до конца.

6.6. Злые люди преобладают над добрыми, добрый человек осуждается как злой, а нечестивый почитается только как злой. И в этой великой неясности невозможно воспринять благочестивый характер, а порядок нашего предопределения остается сокрытым.