Во имя Отца и Сына, и Святого Духа!

Наверно, уже не в первый раз, проведя первую седмицу Великого поста с большим или меньшим успехом или неуспехом в нашем покаянном устремлении к Богу, мы, оказываясь в храме в воскресенье, слышим именно это Евангелие, которое, как кажется на первый взгляд, оказывается мало созвучным с тем, что происходило в наших душах всё это время. Перед нами рассказ о встрече Иисуса с некоторыми из Его учеников. В частности, с тем из учеников, который ещё накануне этой встречи готов был усомниться, что вот этот странствующий проповедник является тем самым Мессией, Которого ждали веками поколения евреев.

Действительно, ожидание Мессии было долгим. Ожидали Его не просто люди, ожидали Его люди, принадлежавшие к народу, которому суждено было пережить очень трудную историческую судьбу, которому суждено было породить из своей среды и великих праведников, и великих грешников. И вот, казалось — отвлекая нас от наших покаянных сил, сегодняшние евангельское и апостольское чтения дают нам возможность перенестись в атмосферу той поры, когда Христос пришёл к народу, который Господь, казалось бы, приуготовил к встрече с Ним, который действительно ждал Его и который с таким трудом мог воспринять Его.

Я бы хотел, чтобы вы вспомнили апостольское чтение, которое было довольно пространным и прозвучало, как всегда у нас бывает, и на церковнославянском, и на русском языках. В этом апостольском чтении апостол Павел напоминает нам о величественной судьбе ветхозаветного Израиля, о поколениях праведников, которые приуготовляли в этом мире путь Спасителю. Он рассказывает об их подвигах, об их страданиях и произносит очень выразительные слова. Он говорит о том, что те, кого весь мир не был достоин, блуждали в пустыне. Может быть, это самая выразительная характеристика тех поколений праведников, которые ведь не просто жили на этой земле в ожидании Мессии, которые совершенствовали себя, живя на этой земле, где люди чаще всего не столько совершенствуются, сколько деградируют по мере своей жизни, и которые при этом отторгались даже теми, кто жил рядом с ними. Ведь неслучайно в пустынях оказывались праведники. Их изгоняли прежде всего те, кто были рядом, — их родные и близкие, представители того самого богоизбранного народа.

И вот, вспомнив об этой величественной и одновременно трагической предыстории прихода Спасителя, связанной с ветхозаветным Израилем, мы обращаемся уже к евангельскому чтению. И тогда нам становятся более понятны слова Христа, обращённые к Своему будущему ученику, которого Он называет истинным израильтянином, в котором нет лукавства. Это великая похвала. Похвала, впрочем, ко многому обязывающая. Точно так же, как ко многому обязывает обозначение человека словом «христианин».

Но я бы хотел вернуться к тому, о чём уже, наверно, не раз говорил вам, размышляя над этим евангельским чтением. Действительно, будущие ученики Христовы, в том числе и Филипп и Нафанаил, ожидая Мессию, конечно, опирались в своих ожиданиях на какие–то признаки Его появления, на какие–то свидетельства Его появления в сложившейся к тому времени ветхозаветной мессианской традиции. Именно эти свидетельства должны были гарантировать им то, что в момент прихода в мир подлинного Мессии после целой плеяды лжемессий, которых знала история ветхозаветного Израиля, они не впадут в заблуждение и распознают Мессию. И показательно, что, когда происходит встреча Христа и одного из Его будущих учеников, другой, точно такой же будущий ученик, начинает размышлять над тем, а может ли быть что доброе из Назарета, города, в котором не подобало, согласно мессианским пророчествам, появиться Мессии. И Христос почему–то заостряет Своё внимание именно на этом сомневающемся ученике. И называет его, ещё не знакомого, еще не представленного Ему, истинным израильтянином, в котором нет лукавства. И прямо на наших глазах происходит перемена. Ещё недавно сомневающийся в том, что этот самый странствующий проповедник — Мессия, будущий ученик Христов готов исповедовать свою веру. И Христос, сначала вроде бы так возвышенно его охарактеризовавший, но знающий о его сомнениях, поясняет ему, что обстоятельства, благодаря которым он уверовал в Него, во многом умаляют подвиг его веры. Ибо связаны с тем, что Христос продемонстрировал ему Свою внешнюю силу. Свою прозорливость, когда только что указал ему на то, где он был и о чём он думал, стоя под смоковницей. Но куда более значим путь ко Христу тех, кто, не будучи приуготован к встрече с Мессией поколениями своих предков–праведников, кто, не будучи удостоен непосредственного видения Христа, встречи с Ним на этой земле, всё–таки Христа принял. А ведь это мы с вами. И вот здесь, наверно, в каком–то смысле проясняется, почему именно после первой седмицы Великого поста прозвучали сегодняшние апостольское и евангельское чтения.

Наверно, неслучайно получилось так, что подавляющее большинство христиан и поныне принадлежат к народам, не имевшим отношения к судьбе ветхозаветного Израиля. А те христиане, которые пришли в Церковь из еврейской среды, наверное, уже не могут так легко и безмятежно гордиться собой в Церкви по той причине, что у них за плечами поколения праведников. Потому что после поколений праведников их народ оказался народом, убившим Мессию. А значит, все мы оказываемся в Церкви Христовой в одном положении. Величие и ничтожество наших предшественников перестаёт иметь значение в нашей конкретной жизни, если мы такие, какие мы есть — грешные, немощные рабы Божии, которые по неизреченной милости Божией удостоены Его внимания, подобно тому как Нафанаил удостоился внимания Спасителя в ситуации, когда Спаситель мог бы его просто проигнорировать, уличив его в неверии.

Но вот Господь обращает на нас взор. И мы, придя в Церковь, повторяю, не имея у себя за плечами никаких величественных историй, предысторий, просто историй, оказавшись один на один с Богом, вот именно на первой седмице Великого поста и должны задуматься над тем, а что значит эта встреча со Христом для нас? Мы должны, конечно, стать иными. Хотя большая часть людей, как это ни парадоксально, приходит в Церковь, даже не собираясь внутренне изменить себя, вступив на тернистый путь духовного преображения. Наоборот, им хочется как можно спокойней, уютней, безболезненней и безмятежней обустроиться в этой жизни, ещё и став христианином. Они идут в Церковь не меняться, а оставаться такими же, какие они есть, приобретя какое–то дополнительное качество. И для этого существует масса объяснений. Но вот мы на первой седмице попытались в чём–то измениться. В какой мере нам это удалось, ведает Господь Бог. Наверно, мало в чём удалось, тем более что обстоятельства, наверняка, говорят о том, что первая седмица стала временем дополнительных искушений. Но Христос нас ждёт. Он даже, я бы сказал, дождался нас сегодня. Вот на этой самой Литургии. И готов в единении евхаристическом быть с нами. Как Он был со Своими учениками, и верными, и неверными, в, может быть, самый трудный момент земной истории Своей Церкви.

Мы пришли через неделю покаяния опять–таки к той самой Евхаристии, которая уже не первый раз будет иметь место в жизни большинства здесь стоящих. А ведь задумаемся над тем, что сегодняшний евангельский рассказ повествует о том, как происходила вот эта реальная встреча со Христом Его будущих учеников. Одни с надеждой и восторгом, другие с сомнениями и опасениями подходили к этому самому учителю и обретали в Нём Спасителя. Обретали в Нём ту жизнь, которая меняла и которая, по существу, изменила в дальнейшем весь мир. О чём и говорит окончание сегодняшнего Евангелия. Но вот мы, пройдя очередную первую седмицу очередного Великого поста и придя на очередную Евхаристию, что ощущаем мы в этот момент? Наверно, в большинстве случаев чувство выполненного долга. Мы сделали то, что должно.

Теперь мы причастимся, дадим себе послабление в посту, в плане пищи по крайней мере, передохнём и вернёмся к своей нормальной, малоцерковной жизни, обозначив, впрочем, предстоящие ещё шесть недель несколько более скудным столом. Неужели это всё, что доведется пережить нам Великим постом? Встреча со Христом как будто бы опять не состоялась. Я сейчас специально говорю об этом, может быть, о самом что ни на есть искусительном, рутинном фоне нашей духовной жизни, в которой легче всего потерять и себя самого, и Христа. И вот этого мы должны пытаться избежать. Вот почему всякий раз Христос вот так совершенно беззащитно и открыто предстаёт перед нами в Своих Святых Дарах, как Он предстоял тогда, когда пришёл в этот мир. Значение имеет то, что Бог приходит к нам разным, таким, какие мы есть. И преобразившимся на первой седмице Великого поста, и деградировавшим, но пришедшим всё–таки в храм для участия в Святой Евхаристии. И я бы хотел, чтобы сегодняшняя Евхаристия, повторяю, очередная в ряду многих других, напомнила нам о самом главном чуде, которое существует в Церкви. Христос приходит к нам, какими бы мы себя ни ощущали. И доверяется нам таким, какие мы есть. Даже тогда, когда кто–то из нас ничего не смог сделать с собой даже на первой седмице Великого поста. И тем более тем из нас, кто в чём–то попытался превозмочь себя на первой седмице Великого поста. И каждому отдаёт Себя в полной мере. Отдаёт Себя до конца, так, как мы, к сожалению, не способны бываем отдавать себя не только Богу, но даже своим ближним. И вот в этой великой тайне слияния человека с Богом заключается тайна Церкви, воплощённая для нас конкретно, зримо в Евхаристии. В том числе и в сегодняшней Евхаристии, к которой мы приходим, проведя вот так по–разному первую седмицу одного и того же Великого поста.

Аминь.

24.03. 2013