Исчезли дни мои, как сновидение встающего, посему, как Езекия, плачу на ложе моем, да продлятся годы жизни моей, но какой Исайя предстанет тебе, душа, если не всех Бог?

Езекиябыл царем Иудеи, и в отличие от многих своих предшественников, он был царем благочестивым: боролся с идолопоклонством, внимал пророкуИсаии, а также заботился о гражданах (например, построил водопровод в Иерусалиме).

Однажды Езекия тяжело заболел. К нему пришел пророк Исаия и предупредил о скором конце. Что же сделал царь? Впал в депрессию? Отчаялся? Разгневался? Ничего подобного. Он заплакал и стал молиться. И Господь ему дал время пожить, через Исаию передав Свою волю: у Езекии есть еще пятнадцать лет.

Мы тоже можем молиться о продлении жизни. И, более того, если внимательно слушать святого Андрея Критского, то окажется, что ответит нам Сам Господь — даже не пророк.

Редкий пример, когда в Покаянном каноне звучит призыв не столько каяться, сколько не отчаиваться.

И в этом месте образы из Ветхого Завета заканчиваются. А это значит, что основной мотив покаяния — надежда.

Среди нас нет никого предопределенного к погибели. Бог откликается на просьбы — по крайней мере, в Библии мы видим не один и не два таких случая.

Вероятно, именно для того и писал святой Андрей Критский свою покаянную поэму, чтобы напомнить себе о надежде.

Великий покаянный канон вряд ли создавался для общественного чтения или, тем более, богослужебного использования. Но Церковь просто не могла пропустить такой светлый, несмотря на тяжеловесность и запутанность, текст.

Впереди у нас еще одно чтение Канона — в среду пятой недели Великого поста. Постараемся увидеть этот свет.