Дальше святой Андрей Критский обращается к эпохе царств.

Манассиевы усвоила ты преступления изволением, поставив, как идолов, страсти и умножив мерзости, душа; но усердно того подражай покаянию, обретай умиление.

Правитель Иудейского царстваМанассиясовершил тяжелые преступления перед Богом: впал в идолопоклонство сам, вовлек в него весь народ, а пророков преследовал и казнил. Кроме того, его экономическая политика привела к страшному имущественному расслоению в обществе, поставив его на грань гражданской войны.

В итоге Манассия был захвачен в плен царем Ассирии. Что-то с ним там произошло — Манассия каялся так глубоко, что его молитва вошла и в Ветхий Завет (2-ю Книгу Паралипоменон, 36 глава), и даже в православное богослужение — Великое повечерие. Не буду ее приводить здесь — и так текст огромный. Просто откройте и прочитайте — на мой скромный взгляд, это гораздо более мощное «высказывание», чем 50-й псалом. Это не просто сожаление о грехе — это самая настоящая перемена ума. Человек рождается заново, умоляя Бога ему помочь.

Ахавовым подражала ты сквернам, душа моя, увы мне, ты была плотских скверн пребывалищем и постыдным сосудом страстей, но из глубины твоей воздохни и поведай Богу грехи твои. Заключилось для тебя небо, душа, и голод от Бога постиг тебя, как некогда Ахава, не покорившегося словам Илии Фесвитянина: но ты, подражая Сарептской вдове, напитай душу пророка.

САхавомвсе понятно — очередной грешный царь Израиля, особенно выдающийся в своем вероотступничестве: и женился на язычнице, и капище Ваалу, и даже священные дубравы. С Илией мы уже тоже давно знакомы: именно он предрек наступление трех лет голода и засухи за преступления царя. Сарептская вдова тоже человек известный — о ней даже Спаситель говорит как о примере того, что Господь может послать спасение далеко не только к Своему народу, но и к простой язычнице (Лк 4:25–26).

Интересно в ней ее безоговорочное доверие и милосердие к совершенно незнакомому человеку: она по его просьбе готова отдать ему последний кусок хлеба (у нее остались горсть муки и масло на дне кувшина) — потому что он попросил и пообещал невероятное: мука и масло у нее не иссякнут.

Пророк Илия в ответ на милосердие женщины не просто стал ее другом. По его молитве воскрес ее сын. А она после этого уверовала в Единого Бога. Что особенно символично: ведь Сарепта была городом Сидонского царства, из которого происходила жена грешного царя Ахава Иезавель, из-за которой-то проблемы духовного характера в Израиле и происходили…

Попалил Илия некогда дважды по пятьдесят [служителей] Иезавели, истребляя гнусных пророков во обличение Ахава, но избегай подражания обоим им, ты, душа, и укрепляйся.

А вот здесь автор Канона, похоже, немного запутался. Два по пятьдесят служителей к Иезавели особого отношения не имели. Это были пятидесятники ее и Ахава сына — молодого царя Охозии. Охозия получил травму при падении и отправил послов вопросить Веельзевула, языческое божество, о перспективах выздоровления.

Послам встретился Илия и пообещал, что за такое вероотступничество царь уже не встанет с постели. Охозия дважды направляет к Илии пятьдесят воинов, и оба раза их попаляет огонь с неба. Третий пятидесятник умоляет Илию пощадить его и его подчиненных — и пророк идет с воинами к царю, где лично его обличает.

Истребление «гнусных пророков во обличение Ахава» — это совсем другая история, и мы о ней говорили ранее.

Обратите внимание: цари Израильского царства каяться не умеют, в отличие от Иудейского царя Манассии. Это уже не имеет прямого отношения к нашей теме, но стоит помнить: Спаситель был из рода царей Иудеи. В династии царя Давида о Боге забывали часто — но и вспоминали…

Впереди у нас последняя, четвертая, часть Канона.