По сотворении мира и создании прародителей наших, «сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам сие будет в пищу» (Быт.1:29).

«А всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому [гаду,] пресмыкающему по земле, в котором есть душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так» (Быт.1:30). Потому-то в Едеме все наземные существа (а также и птицы) должны были есть «всю зелень травную»; то есть должны были питаться растительностью, которая растет на земле сама по себе и не нуждается в культивации. Человеку же предназначались в пищу семена растений и плоды древесные; иначе говоря, человек должен был питаться растениями, которые нуждаются в уходе за собой и обработке (ср. Быт.2:15). Так было.

Мир, в котором мы живем ныне, отличается от того, каким он был по сотворении его Богом. Мы живем в мире после грехопадения в нем наших прародителей, после братоубийства, после потопа и после рассеяния народов.

Человеку после потопа дозволяется вкушение мясной пищи, и, следовательно, дозволяется убивать для своего пропитания живые существа. «Все движущееся, что живет, будет вам в пищу; как зелень травную даю вам все», – говорит Господь послепотопным людям (Быт.9:3).

Всесвятой, Всемогущий Господь Своим присутствием оказывает благодатное – и подавляющее! – действие на всякую тварь. В присутствии Бога душа человеческая наполняется сознанием своего ничтожества и своей греховности; при этом человек переживает благоговейный трепет и невольно склоняется пред Богом в молитве о милости.

«Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин.4:24). Как общее выражение почитания истинного Бога – поклонение становится доступным для всех рожденных от Бога и должно совершаться ими не только каким-то внутренним движением нашего «я» – без внешних действий и форм, – но чрез освящение всего нашего существа (духа, души и тела): «Стану молиться духом, стану молиться и умом; буду петь духом, буду петь и умом» (1Кор.14:15). Наше поклонение пред Богом и наша молитва тогда оказываются истинными, когда они исходят из самой сути человека (от духа человеческого) и направляются к самой сущности Бога, Который есть Дух, по существу. «Дух подкрепляет нас в немощах наших; ибо мы не знаем, о чем молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными» (Рим.8:26).

Дух человеческий, выражая самую суть личности человека, легче всего воспаряет к Богу, если он не находится в порабощении плоти, если он не подавляется плотью. А это именно и бывает удобным совершить в периоды поста, когда в человеке сокрушается его гордое «я» и ущемляются греховные поползновения плоти, а дух занимает в личности господствующее положение; ибо тогда, будучи свободен от порабощения плоти, он становится способным восходить смиренною молитвою к Богу. «Как при взвешивании на весах, если обременишь одну чашку, то непременно сделаешь легкою другую, противоположную ей; так бывает с телом и душей: избыточество в одном делает необходимым оскудение в другом. Когда тело в добром состоянии и обременено тучностью (2, 94; 1, 247),17 тогда душа оказывается слабой и недостаточной для свойственных ей величественных духовных действований». И в сем-то смысле говорит Апостол, что сколько «внешний наш человек тлеет», столько «внутренний обновляется» (2Кор.4:16), и еще: «когда я немощен, тогда силен» (2Кор.12:10). «Ибо дымные какие-то испарения, поднимающиеся от обильной и грубой пищи, подобно густому облаку, не допускают до ума нашего нисходящих на него озарений Святого Духа». «С наполненным чревом невозможно ведение тайн Божиих» (26, 282, сл. 56).