Впервые пост был установлен Богом для людей, живших в раю. «И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него» (Быт.2:16–17).

Соблюдая сказанное Богом (то есть, воздерживаясь от вкушения запрещенного плода), человек жил в смиренном послушании Богу. Но, как только он по гордости нарушил повеление Божие – своевольным вкушением запрещенного плода, – так впал в грех (отсюда: грехопадение) и оказался, вследствие этого, в плачевном положении изгнанника из рая, не пожелавшего там жить по воле Божией.

Послушание Богу есть смиренное повиновение человека воле Божией, – что практически может быть осуществляемо жизнью человека по слову Божию, по заповедям Его. Так как нами не постигается до конца смысл и ценность заповедей Божиих, равно как не постигается и глубочайшее содержание богодухновенного Писания, то все заповеди и слова Божии нами воспринимаются верою, – именно, как повеления любящего нас Бога. Передав народу Израильскому заповеди, постановления и слова Божии, Моисей затем говорит: «положите на сердце ваше все слова, которые я объявил вам сегодня, и завещевайте их детям своим, чтобы они старались исполнять все слова закона сего. Ибо это не пустое для вас, но это жизнь ваша» (Втор.32:46–47).

«Удел мой, – читаем у Псалмопевца, – соблюдать слова Твои... Прежде страдания моего я заблуждался; а ныне слово Твое храню» (Пс.118:57, 67). Ибо «по вечной любви Своей» (3Цар.10:9), Ты, Господи, «вечною милостью» милуешь меня (Ис.54:8) и простираешь ко мне Свое благоволение (ср. Иер.31:3).

Послушание – не вынужденное и пассивное подчинение, а свободное согласие с замыслом Божиим, который содержится еще в тайне, но уже предлагается вере словом... Будучи рабом греха, человек, хотя и стремится в глубине своего существа к послушанию, однако не способен быть послушным Богу. Послушание Иисуса Христа Своему Отцу, есть наше спасение, и, благодаря ему, мы обретаем вновь послушание Богу (93, кол. 849–851).

Спаситель говорит: «кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое» (Ин.14:23). Любовь к Богу выражается в том, «чтобы мы соблюдали заповеди Его; и заповеди Его не тяжки» для человека, любящего Бога (ср. 1Ин.5:3): ибо любовь к Богу делает для него «подвиг нетрудным и любезным» (6, 277).

Человек предназначается жить в послушании Богу – в воздержании от греха, от грехопадения. Истинный пост, в широком смысле, и есть именно послушание Богу, – то есть соблюдение заповедей Бога, то есть препровождение праведной жизни, к которой человек и призывается Богом. Когда же человек выявляет свое непослушание Богу, тогда он нарушает пост – нарушает заповеданное Богом: совершает грех.

«Берегись измерять пост простым воздержанием от пищи, – говорит свт. Василий Великий. – Те, которые воздерживаются от пищи, а ведут себя дурно, уподобляются диаволу, который хотя ничего не ест, однако не перестает грешить».1

«Пища не приближает нас к Богу, – читаем у ап. Павла, – ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем» (1Кор.8:8). Итак, пища – не приближает нас к Богу, а значит и не удаляет от Него. Но воздержание в пище несомненно способствует воздержанию человека от греха; ибо необуздываемая воздержанием в пище плоть увлекает человека на всякое непотребство. «Если вас спросят; для чего вы поститесь и мучите себя? Отвечайте: бешенную лошадь, которую нельзя укротить уздою, необходимо усмирять голодом и жаждою» (блж. Августин).2

Начальный пост, то есть пост, собственно, в узком смысле, – есть воздержание от яств, и воздержание в качестве и количестве их. Нелегко умерять себя и отказывать себе в такой потребности, которая составляет основание телесной жизни и подкрепление сил наших. Тяготится телесная природа наша, когда бывает обременена пищей и питием; но она также томится, когда мы отказываем ей в нужном требовании и заставляем ее преодолевать саму себя, принуждая сносить лишение пищи до известного времени. Таковое упражнение телесной природы в преодолении самой себя, кроме того, что весьма полезно для здравия телесного, нужно для обучения подвигам духовным. Чем больше наблюдается порядка и умеренности в употреблении пищи и пития, тем крепче, благоустроение и в движениях легче бывает тело наше.

Несомненно, что пища и питие великое имеют влияние на наше тело, а чрез тело и на душу; тучная пища при неумеренном употреблении утучняет и одебеляет тело и способствует к питанию страстей; простая, умеренная пища, сообщая нужное питание телу нашему, делает его легким и к понесению духовных подвигов бодрствования и молитвы способным.

«Вступи на путь, ведущий к Небу, вступи на путь тесный и узкий, – читаем у свт. Иоанна Златоуста, – и иди по нему. Как же ты можешь и вступить на этот путь и идти по нему? Изнуряя и порабощая свое тело; потому что на тесном пути много препятствует тучность от пресыщения» (12, 95). Посему, по примеру путешественников, которые для беспрепятственного шествия в пути облегчают себя от излишних тяжестей, и мы, чрез воздержание постом и бдением, должны снять с себя тяжесть обременения пищею и питием, дабы облегчить душевные наши расположения, и со всевозможною силою, при помощи Божией, вооружиться на обуздание душевных страстей наших.

«Телесный пост установлен для того, – читаем у прп. Иоанна Кронштадтского, – чтобы легче было поститься душою» (22, 13).

Если хочешь быть с Богом, если хочешь быть вечно благополучным, то ты должен согласиться, что тебе надобно поститься душою своею: собрать свой ум, помышления исправить, мысли очистить и, вместо рубища дел неправедных, украсить себя драгоценною одеждою добрых дел. Подлинный пост, дабы быть угодным Богу, должен сочетаться с любовью к ближним и заключать в себе искание совершенной праведности; пост неотделим от милостыни и молитвы (93, кол. 860). Человек, дабы осуществить свое назначение в жизни, должен направлять себя к достижению богоподобности; с этой целью его душа нуждается в содействии тела.