Если мы будем рассматривать христианство как некий исторический документ, важнее всего будет получить вполне надежные свидетельства относительно того, какова же на деле христианская доктрина. Если бы исследующий это субъект был действительно бесконечно заинтересован в своем отношении к истине, он неминуемо пришел бы в отчаяние; ведь само собой разумеется, что применительно к историческим событиям всякая надежность может существовать лишь в некоторомприближении, а всякое приближение явно недостаточно для того, чтобы строить на нем вечное блаженство, — да и вообще само по себе настолько непохоже на вечное блаженство, что никакой основательный результат тут вообще не может быть достигнут. Однако поскольку исследующий субъект заинтересован в этом предмете лишь исторически (он может при этом оставаться верующим, то есть человеком, бесконечно заинтересованным в истинности христианства, правда, в этом случае его стремление неизбежно приведет к многочисленным противоречиям, — или же он может занимать позицию стороннего наблюдателя, однако без страстного негативного отрицания, свойственного неверующему), он тут же принимается за работу, за все эти ученые штудии, в которые он и сам вносит свой вклад вплоть до семидесятого года жизни. Ровно за две недели до смерти он все еще с нетерпением ждет выхода в свет новой публикации, которая прольет свет на один из важных разделов дискуссии. Подобное объективное состояние ума — подходящая сатирическая эпиграмма (если только его прямая противоположность не выступает, в свою очередь, сатирической эпиграммой на него) на постоянное беспокойство, которое обуревает бесконечно заинтересованного субъекта, ведь бесконечно заинтересованный субъект и впрямь нуждается в ответе на вопрос, который прямо затрагивает решение о его вечном блаженстве. Вот этот бесконечно заинтересованный субъект ни в коем случае и ни за какие деньги на свете не откажется от своего бесконечного интереса вплоть до последнего мгновения жизни.

Если мы задаемся вопросом об истинности христианства исторически, если мы спрашиваем себя, что является, а что не является христианской истиной, Священное Писание немедленно предстает перед нами как наиболее значительный документ. Стало быть, историческое рассмотрение здесь сосредоточено прежде всего на Библии.