Отчаянно пытаясь решить проблему великой теодицеи, христианские умы порой сдавались. Не желая более решать нерешаемую задачу, они прос­то рубили Гордиев узел. Так возникали идеи апокатастасиса.

Αποκατάστασις (апоката́стасис) – «восстановление», «возвращение в прежнее состояние». Чтобы оправдать Бога в существовании зла (и греха, и страданий, и вечных мук), разум, желающий все понимать, и сердце, желающее всем добра, приходит к идее о том, что в конечном счете Бог восстановит все Свое творение в первозданное, святое и блаженное состояние. Тогда неразрешимые вопросы Теодицеи исчезают, как рассеивается туман при восходе солнца.

От Писания приводят слова апостола Павла: Когда же Бог все покорит Ему, Сыну Своему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем1020.

Первый учение об апокатастасисе провозгласил великий Ориген, учитель Александрийский (ок. 185–254).

О наказаниях Божиих и геенском огне Ориген мыслит как об очиститель­ных средствах. «Наказание посредством огня тоже нужно понимать в смысле врачебного средства; об этом учит Исаия, который так говорит об Израиле: Отмыет Господь скверну дщерей Сионских и кровь Иерусалимскую очис­тит от среды их духом суда и духом огня1021»1022.

О словах апостола Павла да будет Бог все во всем1023Ори­ген рассуждает так: «Тогда, после уничтожения всякого греховного чувс­тва и после совершенного и полного очищения этой природы, один только Бог, единый благой, будет составлять для нее все, и Он будет составлять все не в некоторых только немногих или не в очень многих, НО – ВО ВСЕХ СУЩЕСТВАХ. Когда уже нигде не будет смерти, нигде не будет жала смерти [греха. – Г.Ф.], тогда поистине Бог будет все во всем». Полностью очистятся все существа – и люди, и демоны. И далее об этом же рассуждает Алексан­дрийский учитель: «Истребление же последнего врага нужно понимать, ко­нечно, не в том смысле, что погибнет субстанция его, созданная Богом1024, но в том смысле, что погибнет расположение и враждебная воля, происшедшая не от Бога, но от него самого. Значит, он истребится не в том смысле, что уже не будет существовать, но в том смысле, что не будет врагом и смертью; ибо нет ничего невозможного для Всемогущего, и нет ничего неисцелимого для Творца». И еще о восстановлении всего пишет Ориген: «В это состояние вся эта наша телесная субстанция будет приведена, нужно думать, тогда, когда все будет восстановлено в первоначальное единство, и Бог будет все во всем. Но это произойдет, нужно полагать, не внезапно, а мало-помалу и по частям в течение бесконечных и неисчислимых веков»1025.

Так думал Ориген.

Однако учение его Церковью не было принято и на V Вселенском соборе осуждено. Вот анафематизмы святого императора Юстиниана из его посла­ния архиепископу Мине:...

«7) Кто говорит или думает, что Господь Христос распнется в будущем веке за демонов, как и за людей – да будет анафема.

………………….

9) Кто говорит или думает, что наказание демонов и нечестивых людей временно и что после некоторого времени оно будет иметь конец, или что бу­дет после восстановление демонов и нечестивых людей – да будет анафема»1026.

Церковь всегда содержала учение о вечных муках демонов и нечестивых людей и всегда оставалась перед мучительным вопросом великой теодицеи.

Но и Ориген не остался одинок. Во многом согласно с ним думал вели­кий святой отец золотого века богословия св. Григорий Нисский, один из великих трех Каппадокийцев (Василий Великий, Григорий Богослов, Гри­горий Нисский). В своем трактате «Об устроении человека», размышляя о воскресении, святой Григорий говорит: «Ведь невозможно извращенному и измененному быть сильнее и постояннее Того, Кто всегда один и тот же и утвердился в благе»1027. Далее св. Григо­рий утверждает: «Ведь исхождение зла не доходит до беспредельности, но необходимо объемлется пределом, вслед за которым преемство добра сме­няет предел зла». И, наконец: «Так, думаю я, нужно разуметь и о нас, что, достигши границы зла, когда окажемся в крайности греховной тьмы, мы сно­ва заживем в свете, потому что природа благого превосходит зло, как бес­предельность – меру»1028. Святой Григорий говорит о неизменности и постоянстве Бога. Зло не может быть неизменным и постоянным – оно с необходимостью превращается в свое время в добро.

В своем труде «Большое огласительное слово» св. Григорий Нисский говорит о том, что дьявол хитростью вносит в человеческий мир семя зла. Бог отвечает ему – Он, Премудрый Хитрец, хитростью (мудростью змеи) искореняет зло в этом мире и даже из самого изобретателя зла – диавола. «Ибо один [диавол. – Г.Ф.] употребил обман к растлению естества, а Спра­ведливый, вместе Благой и Премудрый [Бог. – Г.Ф.] измышлением обмана воспользовался ко спасению растленного, благодетельствуя тем не только погибшему [человеку, природе. – Г.Ф.], но и самому причинившему нашу погибель»1029. Хитростью и даже «обманом» со стороны Бога св. Григорий называет Боговоплощение, вхож­дение Бога в человеческое естество: «Ибо, что Бог, неузнанный врагом, не откровенным Божеством, но сокрытым под естеством человеческим, входит к обладающему, сие некоторым образом есть некий обман... так как обманы­вающим свойственно надежды тех, против кого злоумышляют, обращать на одно, а делать не то, на что они надеялись»1030. Сокровенно пришел в плоти Иисуса Бог в этот мир, и крестом, которым диавол хотел поразить и погубить Господа, оказался поражен сам, и, как думал св. Григорий, еще и обрел свое собственное спасение, чего вовсе не искал.

Гееннский огонь св. Григорий считает не только огнем возмездия, но и огнем очистительным. Завершает свои размышления святой Григорий словами: «Таким образом, когда по истечении долгого времени изъято будет из естества зло, ныне к ним примешанное и сроднившееся с ними, поелику совершится восстановление пребывающих ныне во зле в первоначальное со­стояние, единогласное воздается благодарение всей твари и всех, претерпев­ших мучение при очищении и даже имевших нужды в начале очищения; сие и подобное этому преподает великое таинство Божия вочеловечения»1031. Это – апоката́стасис, всеобщее восстановление падшей твари!

«И человека освободя от порока, и врачуя самого изобретателя пророка (диавола). Ибо очищение болезни, хотя оно и трудно, есть врачевание неду­га»1032. Такова теодицея св. Григория Нисского. Церковь Православная это учение не приняла, хотя самого святого Григория никакому порицанию, в отличие от Оригена, не подвергла. Более того, святой Григорий Нисский почитается среди великих, вселенских отцов и учителей церкви.

К мысли об апокатастасисе приходил и великий подвижник прп. Иса­ак Сирин (VII в.). Епископ, оставивший кафедру и подвизавшийся в горах Хузистана. Представитель Сирийской церкви. Опыт и учение прп. Исаака Сирина оказали большое влияние на православную аскетику и на мусуль­манскую мистику. Пребывал в несторианской среде. В Православной церкви почитается, как святой и великий наставник в духовной жизни. Прп. Исаак видел в геенском огне очистительный огонь любви Божией.

«О, как изумительна благодать Бога и Творца нашего! Какая сила, дов­леющая на все! Какая безмерная благость, по которой Он естество нас грешных снова возводит к возсозданию! У кого достанет сил прославить Его? Преступника и хулителя Своего возставляет, неразумную персть об­новляет, делает ее разумною и словесною, ум рассеянный и бесчувствен­ный и чувства расточенные делает Он природою разумною и достойною Божественной мысли! Грешник не в состоянии и представить себе благо­дать воскресения своего. Где геенна, которая могла бы опечалить нас? Где мучение, многообразно нас устрашающее и побеждающее радость любви Его? И что такое геенна пред благодатию воскресения Его, когда восставит нас из ада, соделает, что тленное сие... в нетленное, и падшего во ад восста­вит в славе?

…………………………….

Слава, Господи, безмерной благодати Твоей! Вот, Господи, волны благо­дати Твоей заставили меня умолкнуть...!»1033.

Так верил прп. Исаак Сирин. Он мог воскликнуть: «Где геенна, кото­рая могла бы опечалить нас?» Для преподобного Исаака такой не было. «Что такое геенна пред благодатью воскресенья Его?» После того, как гееннский огонь «восставит нас из ада», он уже ничто иное, как любовь Бо­жия, которая для всех находит путь ко спасению. Преступники заповедей и хулители Бога восстанут из геенны во славе. Волны благодати заста­вили умолкнуть прп. Исаака и... «не осталось у (него) мысли», вопросы его закончились. Такова теодицея преподобного Исаака Сирина, такова теодицея апокатастасиса. Оправдан Бог, восстановивший даже тех, кто этого и не хотел!

Вера Оригена, вера св. Григория Нисского, вера прп. Исаака Сирина в апокатастасис – не стала верой Церкви. Вслед за Священным Писанием Церковь говорит о вечных муках. Но если не в вере Церкви, то в какой-то надежде некоторых чад ее апокатастасис так и не исчез.